Рецензия на книгу

• 

  Melkij_Parazit10 мая 2018 г.

  Анонимное общество ночующих под виселицей

  "Рукопись, найденная в Сарагосе" Яна Потоцкого - произведение довольно своеобразное. Кто-то сравнивает его со сказками "Тысячи и одной ночи", кто-то называет первым произведением в жанре постмодернизма, кто-то подозревает автора в желании написать пародию на приключенческие романы. Судить, конечно, сложно, но поскольку с постмодернизмом у меня не сложилось, а с января мне довелось прочесть "Декамерон" Дж. Бокаччо и сделать неубедительную попытку осилить "Гептамерон" Маргариты Наваррской, то я больше склоняюсь к сравненению с "Декамероном".

  У романа очень необычная структура. Когда-то наш завхоз подарил на какой-то праздник сотруднице подарок - красиво упакованную, перевязанную бантиком коробку средних размеров. В ней была коробка поменьше. В ней была коробка поменьше... Короче, в самой последней, маленькой коробочке лежал огрызок карандаша, резинка и записка "экономь канцтовары". Так вот, "Рукопись..." построена по тому же принципу. Вот есть автор, который нашел некую рукопись в сундуке при осаде Сарагосы. Вот он - пленник испанского офицера, который узнает в рукописи свидетельство о похождениях собственного славного предка. А вот и тот самый предок - Альфонс ван Ворден - что отправился к месту службы в валлонский полк, да по пути случилось ему ночевать в трактире, где поселилась всякая чертовщина. В процессе он встречает все новых собратьев по несчастью, которым пришлось заночевать в том же месте, а потом проснуться утром под виселицей братьев-затейников Зото, которые не всегда висят на своем месте, а иногда отправляются погулять. Эти самые попутчики начинают рассказывать свои истории, прерываются на книги, в которых они прочитали еще истории, потом в этих книгах герой встречает кого-то, кто рассказывает ему свою историю, и так до бесконечности. При этом весь этот пестрый караван прибивается к табору циган, которые колесят по округе (вокруг той самой виселицы), и уже преводитель циган начинает свою историю... И, что примечательно, шестдесят шесть дней народ скитается практически по пустыне со своим "Моисеем"-контрабандистом во главе, но срочные дела, требующие присутствия, образовываются исключительно у предводителя циган, и в самом интересном месте его рассказа. Ну, раз двадцать-тридцать за книгу. Ни доблестный капитан валлонского полка, ни кабаллист, ни его ученая сестра, ни математик, - никто никуда не торопится.

  Здесь есть истории о неверных супругах и потерянных детях, отважно сопротивляющихся искусу монахах, кровавой мести, юных красавицах и бедных благодоных юношах, невинно оболганных женах, изготовлении чернил и многое другое. В общем, штамп на штампе, и даже язык такой, сразу архетипами - благородный офицер, бандит с собственным кодексом чести, юные прекрасные богатые наследницы, влюбленые в них до беспамятства бедные юноши, если Америка - то несметные богатства, если Африка - то обольстительные негритянки или чернокожие карлики. Примечательно то, что в тех самых братцах Зото путешественники подозревают злых демонов, являющихся в трактире ночью в образах... прекрасных дев. Соблазнение идет по проверенной схеме - ужин, танцы, вино, интим... А двенадцатилетний мальчик, переодевшись в женское платье, выдает себя за невесту вице-короля Мексики. Может быть, в 19 веке это выглядело как дополнительный повод для шутки, но сейчас воспринимается довольно колоритно. "Так неожиданно я стал будущей вице-королевой". Звучит?

  Финал чисто в стиле "Лимонадного Джо" - обретенные богатства, отцы, дети и прочие родственники. При чем, львиная доля откровений приходится на крохотное заключение, напоминающее по цветастости речи и образности слова "экономь канцтовары"! Нет, а продробности?!

  Я, к сожалению, не видела экранизацию романа Яна Потоцкого, но наверное, именно это произведение только выиграло бы при переносе действия на телеэкран. Этикий гротескно-абсурдистский водевильчик, в значительной мере держащий интерес зрителя за счет игры актеров. Но читать это - довольно неблагодарная работа, будто параллельно два-три сериала смотришь. Наслаивается...

  17

  842