Рецензия на книгу
Похороните меня за плинтусом...
Павел Санаев
Hombre_Humor21 апреля 2018 г.Страшно, угнетающе, талантливо и немного смешно
«Я попрошу маму похоронить меня дома за плинтусом, – придумал я однажды. – Там не будет червей, не будет темноты. Мама будет ходить мимо, я буду смотреть на нее из щели, и мне не будет так страшно, как если бы меня похоронили на кладбище».Всё же российская литература, она вот такая –страшная, угнетающая, очень талантливая и немного (а иногда и много) смешная. Если бы я был критиком (а я не он), то, возможно, стал бы искать огрехи в обсуждаемой книге, но те, кто читали мои рецензии, не могли не заметить, что я не особо мастер разносить в пух и прах что-то. Не смогу и здесь, да и не за что, по моему мнению.
Бабушка была моей жизнью, мама – редким праздником. У праздника были свои правила, у жизни свои.Я начал читать Санаева, не прочитав каких-то аннотаций, предисловий, рецензий, я не смотрел экранизацию, поэтому не знал, чего ожидать. Уже прочитав книгу, я узнал, что она биографическая и описывает реальное детство писателя, от чего мне стало ещё жутче. Описанный Санаевым микромир ребёнка, запертого в неудавшейся жизни своей бабки, поражает достоверностью и убедительностью, а потому периодически книгу приходится откладывать, чтобы не захлебнуться в этом странном смешении жалости и отвращения к героям книги. Жалко всех, антигероев здесь нет, есть просто кусок жизни глазами маленького Саши Савельева, который забыл, что такое счастье и боится каждого шага, затюканный бабушкой, чья жизнь давно сломалась. Саша постепенно перестаёт верить, что можно быть счастливым, и привыкает, что всё время он живёт по правилам бабушки, в мире оскорблений, криков, унижений и бесконечных лекарств и врачей, а лишь раз в месяц он встречает свою Чумочку, маму, свет из далекого прошлого, где было счастье.
Если я говорил с ней, мне казалось, что слова отвлекают меня от объятий; если обнимал, волновался, что мало смотрю на нее; если отстранялся, чтобы смотреть, переживал, что не могу обнимать.Эта метафора объятия сквозит через всю книгу. Саша пытается сотней невидимых рук обнять свою маму, защитить её, дотянуться до неё. Через объятие он стремится к счастью, к реальной жизни. Именно поэтому обнять бабушку представляется ему противоестественным процессом, почти святотатством, очернением чего-то светлого.
Я не любил ее и не мог вести себя с ней как с мамой. Я обнял бабушку один-единственный раз после ее ссоры с дедушкой и чувствовал, как это глупо, как ненужно и как неприятно.Перелистнув последнюю страницу, остаёшься с неоднозначным чувством. Ты только что прочитал что-то, написанное настолько хорошо, что очевидная серость морального градиента нашего мира, где нет белых и чёрных характеров, смешивается со светлой грустью, а отвращение к некоторым героям пропадает с последним абзацем. И ты почти что оплакиваешь тех, кого ненавидел ещё несколько страниц назад.
Праздник кончился, началась жизнь.251,9K