Рецензия на книгу

• 

  GrimlyGray17 апреля 2018 г.

  Восемнадцать способов посмотреть на один день

  "Улисс" легко уважать и сложно любить.
  Уважать за смелость, организованность и строгость замысла.
  А любить за...?

  С этим непонятнее всего, хотя "Улисс" заслуживает именно любви, а не высоколобого уважения. Сложность его чтения, разумеется, преувеличена. Как и сложность внутренняя. Но так легко сказать, ведь как минимум русскоязычный читатель снабжен подробными комментариями Сергея Хоружего, а тем, кому не хватило могут прочитать его же "Улисс в русском зеркале", книжку Гениевой, Гарина и работу Эко "Поэтики Джойса".

  И все проблемы начинаются именно здесь. Создается ощущение, что всё человеческое содержание романа придавлено глыбой сносок, цитат и концептуальных нагромождений. А читатель вынужден выбирать из двух способов чтения романа.

  Первый предполагает титаническое усилие, чтобы вместить и удержать в голове все концепции и приёмы романа, а в процессе чтения вся эта громадина, скрипя шестернями, будет медленно и с грохотом работать, в попытке некоего полного понимания. Весь литературоведческий аппарат здесь призван выступить как дешифратор, который превращает закодированный "Улисс" в обычный роман, написанный "человеческим" языком. Это утомительное и сложное предприятие.

  Второй способ призывает читать "Улисс" ровно так же, как читается любой другой текст. Открываете и читаете, никаких гвоздей. Его сложность кроется в том, что читатель в большинстве случаев все же не Джойс, поэтому ряд моментов так и останется покрыт мраком не только с точки зрения событийной, но и стилистической. Вторая проблема - соблазн заглянуть в комментарии, запустить эту адскую машину интерпретаций, чтобы... чтобы что?

  Ответ на эту диллему, разумеется простой. "Улисс" читают не по одному разу. Не могу, да и не имею права, указывать в каком порядке стоит проводить чтение, сперва комментированный вариант, а потом чистый или наоборот.

  В романе можно найти самые начала нашего современного способа взгляда на мир, с его резким монтажом (сцена в самом начале, когда Стивену является мать - классический и очень кинематографичный флэшбек), аккуратно нарезанными способами восприятия, которые сменяют друг друга в зависимости от ситуации. В своей структуре, "Улисс" - это 18 способов посмотреть на обыденность, повседневность, которую мы обычно считаем скучной и недостойной внимания. В своей скуке она ускользает от нас, растворяется. А вместе с ней от нас сбегает и наша человеческая природа.

  Любить "Улисс" стоит именно за то, как Джойс любит всеми презираемую обыденность. Форму обыденности Джойс берет из своей собственной, единственно ему данной и единственно ему известной. Анекдоты, случаи, реальные знакомые, персонажи пусть и слепленные из кусков знакомых или родственников Джойса. В своем наблюдении за повседневностью Джойс так же внимателен и упорен, как другие внимательны к текстам высокой культуры. И его комментарий к одному дню в Дублине настолько же глубок и последователен, как стеллажи исследований "Божественной комедии" или "Суммы теологии".

  Единственная условность здесь только в том, что Джойсу пришлось остановиться, хотя по большому счету, он мог бы продолжать бесконечно. Как бесконечен в своих аспектах и категориях любой день нашей жизни, любая её мелочь, любая, даже самая тривиальная ситуация. Он создает миф на отмели, на месте своей собственной жизни и через этот миф пытается исследовать другие мифы, в первую очередь о человеке как таковом, так и о каждом человеке в отдельности. С вниманием к человеку, с любовью к человеку в его обывательской и скучной жизни. И даже звезд небодрево придумано с отрадой о том, что есть где соорудить ватерклозет.

  18

  5,2K