Рецензия на книгу

• 

  aleksandra_sneg27 марта 2018 г.

  Восхитительно! Книга впечатлила, и очень. Видимо ещё и потому, что соскучилась я по хорошим русским семейным сагам - давно не тянуло их читать, а вот тут любовь к жанру вспыхнула с новой силой.
  Читая сравнения «Учителя...» с книгами Улицкой, опасалась затянутости и излишней размеренности повествования, но, как выяснилось, зря опасалась. Сюжет развивается очень динамично, плюсом - сравнительно небольшой для семейной саги объём, то есть мы видим героев и их истории объёмно и полно, но не успеваем увязнуть в растянувшимся эпизоде и патоке философских конструктов (да и патоки этой, к слову, тут нет - всё по мужски лаконично). Это порадовало отдельно. Я читала эту книгу в горячие дни институтской сессии, ухватывая по 50-100 страниц то по ночам, то утром перед зубрёжкой. Правда - сладостно не хотелось отрываться.

  Если сравнивать автора Сергея Кузнецова с художником, можно сказать,что у него не дрожит в пальцах карандаш. Может, он не вырисовывает мельчайшие детали, но его размашистые, уверенные штрихи, создают достоверную (насколько я могу судить) картину развития эпохи.
  Вот немного экскурса в довоенное прошлое, и тут же (чуть раньше, в самом начале) жизнь в эвакуации, совсем чуть-чуть. А вот чётко, ярко, до замирания сердца - послевоенная Москва. И эти трое - Володя, Оля, Женя - которым суждено будет встретиться и стать первой крепкой завязью этой истории. Встретиться и не разлучиться более. Встретиться и вместе каждому прожить свою жизнь, в которой каждый будет радоваться чему-то своему и сожалеть о чём-то своём, когда жизнь подойдёт к концу.
  Женя и Оля - поколение, выросшее без новогодних праздников (с 1930-го до 1947-го в СССР небыло новогодних выходных). Трогательная, щемящая констатация: вернулись новогодние праздники - но закончилось детство... Хоть шампанского попробовать тогда. И с этого распития шампанского карандашная линия сюжета метнётся, рисуя узелок - от него побегут штрихи к разным городам, в которые суждено будет в первый - сорваться, потом просто переезжать по той или иной причине, троим нашим героям.
  Пока второй учитель Дымов - наследник - не замкнёт круг, возвращаясь в столицу.

  Очень хорошо каждый новый учитель Дымов показан человеком своей эпохи. Очень радует, что все три учителя - дед, сын, внук - совершенно разные личности, и каждый, как водится, стремится не повторить судьбу старшего поколения - и каждого новый поворот истории затягивает в свои, совершенно уникальные приключения, коллизиями этого времени обусловленные.

  Здесь есть и времена репрессий и лагерей, и годы после развенчания культа личности Сталина, и экзальтация московского дессиденского общества семидесятых (все эти распечатки от Трифонова до Кастаньеды, разговоры о свободе, первый сквозняк из-за Железного занавеса), и тревожные восьмидесятые, и лихие девяностые, и далее по тексту, аж до 2014-го года. При этом для меня в этой книге небыло концентрированного и в сотый раз повторяющегося развенчания культа личности, которое - развенчание - уже стало модным штампом, особенно от молодых авторов. А тут просто, изобразительно, ненавязчиво - была эпоха, жили люди, жили вот так. А потом вот так и эдак. В разное время была своя стабильность и свой ад. В разные годы человек искал свою дорогу. В сороковые у людей были такие возможности, а к концу девяностых появилось вот это, а это - отвалилось. Выводы делайте сами.
  Мне, кстати, было интересно вспоминать свою дорогу в этой, моей стране. Начиная с восьмидесятых я уже кое что помню.

  Ну и отдельно хочется сказать о героях. О людях, истории которых меня очень тронули. Осторожно, здесь будут спойлеры! Если писать обо всех (в книге много второстепенных, но очень мало проходных персонажей) то рецензия растянется на безразмерную простыню, так что пару слов о центральных фигурах.

  Женя. Многие ею здесь восхищаются, а я в первую очередь испытываю боль, читая о ней. Что её вело, подталкивало жить так, как она жила? Любовь к единственному в её жизни мужчине? Чувство вины и долга перед тетей Машей и Оленькой, у которых она попросила помощи один раз в жизни, а потом ощущала внутреннюю необходимость отдавать долг и заботиться об Оле, о тете Маше, обо всех кто стал их семьёй - и так до конца жизни? Врожденная совестливость и склонность к самопожертвованию, очень свойственная порой военному и послевоенному поколению советских женщин? Без Жениных сожалений в конце, её история выглядела бы не правдоподобно, а так - верила, к концу книги, пожалуй, уважала, но скорее - через слезы и глубокое сочувствие. И на этом фоне не могла отделаться от мысли, что Володя просто пользуется (сам того не осознавая, конечно) Женей и легко распоряжаться Жениной жизнью. Неужели ни разу в голову взрослому мужику не приходило, что Женька имеет полное право на свою семью, детей, дом? Помогает по дому, в няньках их с Олей ребёнка ходит, - и нормально? Удобно?.. Это не очень вяжется с образом благородного учителя-химика, обучающего подрастающее поколение разумному-доброму, радеющему о благе семьи. Но, меж тем, очень правдоподобная ситуация. Простота хуже глупости иногда, а слепота обнаруживается подчас у самых светлооких.

  Валерий. Такое чувство, что автор его как-то недолюбливал и слегка подсмеивался (но, возможно, это мои личные фантазии), а мне Валерка с его духовными поисками в как будто атеистическом государстве, понравился. Может, потому что темы наших изысканий по жизни самую малость, но близки.

  А больше всего мне понравился Андрей. Со всеми его подвисаниями на обочине жизни, с долгим поиском себя (а, может, именно поэтому? В этом мы с Андреем точно похожи), с раздолбайством его и добротой. И очень близок мне его учительский подход, что "если нужные книги ты в детстве читал", а потом других обучал пониманию этой литературы, уже нельзя тут же принуждать учеников действовать вразрез с идеалами, из этих книг почерпнутыми. Немного смутило и расстроило меня то, что в итоге Андрей послушал бабу Женю и склонился к дедовой схеме " ускользнуть и делать маленькие дела". Но, может, это я ещё не доросла до каких-то глубинных истин. И вообще, они, истины, а точнее правды, у каждого свои. Все равно Андрей очень мне симпатичен.

  И то, как почти все герои, атеисты и агностики изначально, рано или поздно приходят к своему пониманию духовности, Бога - да неважно, как Его называет - прозрачная и почти неочевидная, но значимая для меня в книге тема.

  А ещё спасибо автору за отсутствие морализаторства. Удружил. И за временные переклички, столь интригующие и не надуманные.

  В общем, зря я боялась, что завершу март со всего одной книжной пятёркой. И надо в рамках личного марафона вернуться к русским и советским семейным сагам, я ведь многое ещё не читала, и, оказывается, безумно соскучилась. (Кстати, если вы знаете что-нибудь подходящее под запрос, буду благодарна за рекомендацию).

  22

  1K