Рецензия на книгу

• 

  Marlen23 марта 2018 г.

  Паустовский как писатель прошел мимо меня за исключением нескольких рассказов (надо будет наверстать). А с недавних пор мне нравятся автобиографии писателей, и вот очередь дошла до Паустовского. Его автобиография состоит из нескольких книг, и "Далекие годы" - только первая часть. Она охватывает период дореволюционного детства и обучения в киевской гимназии, из которой потом вышло множество других писателей, не менее известных. Есть здесь и про первые шаги в писательстве, первые опубликованные рассказы под чужим именем, первая реакция близких на это увлечение. И поддержка бабушки, которая не упрекала, а гордилась внуком.
  Но самая интересная часть, это, конечно, обучение в гимназии, во время которого произошло несколько встреч с историческими личностями, например, с царем Николаем, с Булгаковым, даже с королем Сербии. Убийство Столыпина и стрельба 1905 года тоже тут. Я получила удовольствие, читая о том, как Булгаков лез в драки, как учителя умели заинтересовать своим предметом, как гимназисты договорились получить по одной четверке на выпускных экзаменах чтобы золотые медали достались евреям, потому что без медалей их не принимали в университет. Или о том, как учитель по латыни собирался ставить четверки ученикам, потому что никто не верил, что они так любят и знают предмет. Больше всего из всех этих эпизодов, пожалуй, впечатлило меня описание смерти Льва Толстого, когда вся гимназия погрузилась в траур:
  

  
  Потом таким же промозглым утром я увидел экстренные выпуски газет с траурной каймой, растерянных людей на улицах, толпы студентов около университета. Они стояли молча. На рукавах шинелей у всех студентов были креповые черные повязки. Незнакомый студент приколол и мне на мою серую шинель черную повязку.
  <...>
  

  • Вчера, в шесть часов утра, на станции Астапово, - сказал Матусевич, стараясь не волноваться и говорить громко, - умер величайший писатель нашей страны, а может быть, и всего мира. Лев Николаевич Толстой.

  
  Громыхнули крышки парт. весь класс встал. В глубочайшей тишине был слышен цокот копыт - по улице проезжали патрули.

  Язык прозы Паустовского лаконичный, не смотря на описание множества побочных судеб теть, дядь и учителей. Он живой и в него верится, в нем нет чрезмерного украшательства, но нет и скупости на эмоции. В общем, хорошая книга про детство получилась.

  13

  643