Рецензия на книгу

• 

  Elerian12 марта 2018 г.

  Скромнее надо быть, скромнее

  От Воспоминаний Матильды Кшесинской я ждала, пожалуй, описания быта и интересных событий тех времен, а также надеялась на неплохое изложение материала. С большой натяжкой можно считать, что это я от книги получила.

  Следовало ожидать, что речь в основном пойдет о балете и театральной, как это сейчас называется "тусовке". Так оно и оказалось. При этом больше перечисляются авторы постановок, чем ведется рассказ о сопутствующих этому событиях. Но если в начале Матильда Феликсовна действительно вспоминает годы учебы, рассказывает о знаковых для нее событиях, то уже к середине от воспоминаний остается все меньше и меньше. На их место приходят самолюбование и нытье в различных декорациях. Причем по совершенно, казалось бы, мелочам: то ей костюм сценический не по нраву, то директор специально подстраивает отсутствие первых лиц государства на ее выступлениях. Хотелось бы приписать это все капризам самовлюбленной примы, но не получается. Сам тон повествования пропитан презрительным отношением к окружающим (за редким исключением) и дежурными улыбками в адрес тех, кто был с ней мил в тот или иной период жизни.

  Военное время немного сглаживает налет театральности и недовольства окружающими, читать становится интереснее. Но все равно не перестаешь поражаться, насколько эгоцентрично и поверхностно отношение к происходящему. На мой взгляд, сказывается воспитание, с малых лет Кшесинскую выделяли в школе, попустительствовали ее капризам.
  

  
  Учебные классы у нас делились на две стороны: с левой сидели воспитанницы, «пепиньерки», а с правой приходящие – экстерны. Хотя я была приходящей, но с особого разрешения Дирекции я была в виде исключения приравнена к воспитанницам и сидела с ними на левой стороне.

  В конце Воспоминаний Матильда Феликсовна упоминает несколько книг, в которых ведется рассказ об истории русского балета. Об одной из них она отзывается крайне нелестно, так как в ней ее не выделили ее в соответствии с ее рангом:
  

  
  Балерин было не более пяти-шести, тогда как генералов сколько угодно, а прима-балерина была одна – М. Ф. Кшесинская.

  И вообще обделили вниманием:
  

  
  Что же касается меня, то с первых же строк моя фамилия ставится постоянно рядом с фамилией другой артистки, которая хотя и раньше меня вышла из училища, но достигла известности много позже меня.

  Кшесинская не преминула оставить в веках даже такую деталь:
  

  
  Последнюю мелочь, которую хочу отметить: не нашлось даже места поместить мою фотографию на отдельном листке – это маленький укол со стороны редактора книги.

  Мы же говорим о книге, а не личности, не правда ли? В итоге мы имеем не слишком хорошо написанный автопортрет капризной примадонны, фоном к которому служат набросанные скорой штриховкой события и люди.

  1

  450