Рецензия на книгу

• 

  cat_in_black4 февраля 2018 г.

  «Но я устал, окончен бой, беру портвейн, иду домой».

  Культура андеграунда 90-х для меня как другая планета, далекая и неизвестная. Может быть какие-то обрывки музыкального направления, типа «Аквариума» или «АукцЫона» я слышала, то в литературе вообще полный провал. То еще времечко было, слом человеческого сознания во всех сферах, как тут не попробовать что-то кардинально другое, выйти из подвалов, квартир и грязных парадных и начать создавать свою новую культурную энциклопедию жизни.

  Одним из писателей времени перестройки стала Маруся Климова. «Художник всегда должен быть голодным», поэтому в 90-х, видимо, все были художниками. Ее библиография состоит из автобиографичной трилогии, написанной в художественной манере, несколько книг в жанре non-fiction, а самое главное множество переводов книг французских писателей, таких специфических, что не каждый переводчик брался за такую литературу. Что, кстати, характеризует ее как человека смелого, старающегося внести разнообразие и другой взгляд на литературу разножанровых направлений. Просмотрев списки этих авторов, я бы, конечно, без надобности не стала их читать, такая литература мне совсем не импонирует, но и скрывать от читательской аудитории их тоже бессмысленно, так как взгляды у всех разные. Того же Селина, например, активно читают, кому-то даже он нравится, вполне возможно попадает под настроение-отрицание, когда бункер в собственной голове заваривается такой железобетонной сваркой, что даже если хочется на свежий воздух, то только после слома всех внутренних преград.

  На самом деле, я бы тоже Климову читала под настроение. В определенно-спокойном состоянии она вызывает скорее недоумение. Кстати, вот именно поэтому мы с ней не сошлись практически ни по какому пункту, хотя некоторые моменты рефлексии, касаемые личности Маруси очень неплохо написаны. Но давайте все по порядку, по моей скучной схеме начнем, пожалуй, с сюжета.

  Итак, «Домик в Буа-Коломб» это оказывается самая серединка трилогии-автобиографии собственного поколения. Начинка жизни во Франции, где точка отсчета являлся этот самый домик, где периодически жили выходцы и эмигранты из распавшегося Советского Союза, одним из этих людей являлась сама Маруся. Хозяином этой заманчивой недвижимости был сумасшедший по всем фронтам француз Пьер, отвратительная личность с ног до головы. На самом деле, все герои в этой книги ужасные, парад уродов в самом смачном его проявлении. Поголовно все тронутые безумием и прожжённые безысходностью. Такой пласт людей-эмигрантов, потерявшихся в России и не нашедших себя за границей. Ведь именно в 90-ые годы был активный поток эмиграции, поиск альтернативной реальности, бегство от неизвестности. Такое всеобщее заблуждение, что за границей рай, в самом лучшем его проявлении. Ну что можно сказать – читайте Климову, там «комфортное существование» прет из каждой строчки. Как закономерный итог нахлебавшись «лучшей жизни», потихоньку большинство потянулись обратно, кто самостоятельно и бегом, а кого выслали взашей, без возможности вернуться.

  Если говорить откровенно, то книга, именно как художественное произведение, для меня никакая. Вот эти все суетливые телодвижения по поиску замечательной помойки для пропитания или полусумасшедших людей, ищущие удовлетворение своих безумных желаний, фарс и китч существования полуживотных-полулюдей просто через какое-то время уже не трогает. Единственная отдушина, это стороннее наблюдение Маруси за всем этим балаганом, естественное желание сбежать оттуда подальше и стремление, как автора, найти возможность опубликовать свой перевод Селина. Вот именно благодаря этим вставкам, я для себя поняла, что книги-рассуждения это ее сильная сторона. После просмотренных интервью, творческих вечеров и рассуждений о «декадентстве», думаю, что свободные эссе достойны внимания, а трилогия, видимо, останется недочитанной.

  Как закономерный итог надо оценить произведение. Не знаю, не хочу, не понимаю. Располовинивает меня вот так знатно, автор вроде своеобразный и интересный, но сама книга… уф, иногда, прямо скажем, хотелось от некоторых описаний бежать за тазиком. Решила постоять на нейтралке, пусть мотор отдохнет, а там посмотрим.

  «Я поэт, зовусь я Цветик, от меня вам всем приветик!»

  вот псих тут бегает французский
  а смысла в книге как-то нет
  уж лучше б он сидел в психушке
  сто лет

  9

  604