Рецензия на книгу
Июнь
Дмитрий Быков
Esdra20 января 2018 г.Страшные сказки Дмитрия Быкова
Есть книги, которые я читаю с особым удовольствием, переставая анализировать, думать о приемах автора, его удачах и промахах. Я становлюсь заинтересованным, а то и просто увлеченным читателем. Это бывает крайне редко, но всегда приносит особые ощущения. К творчеству Дмитрия Быкова у меня очень сложное отношение. Если сформулировать коротко: я не являюсь его поклонником. Поэтому каждый новый текст Дмитрия Львовича открываю с опаской.
Вот и новый роман Дмитрия Быкова «Июнь», вышедший этой осенью в «Редакции Елены Шубиной», я открыл с некоторой осторожностью. (Нужно сказать, что чисто внешне книга мне сразу понравилась: умелая стилизация в дизайне, оригинальный шрифт и даже тактильные ощущения от бумаги располагали к себе.) Однако все мои опасения оказались напрасными. На этот раз Дмитрий Львович написал как раз то, что я и ценю в художественной прозе.
Мне нравятся многослойные тексты, очень разные по звучанию, смыслам и персонажам. Еще очень люблю литературную игру, которую затевает со мной автор. Это как раз самое увлекательное для меня в художественной прозе. Сама структура романа подразумевает триединство: три жанра, три истории, три героя. И все они работают на главную идею. При всей сюжетной простоте, в романе само пространство располагает к личным трактовкам и интерпретациям.
Быков поставил цель показать… нет, скорее даже не показать, а погрузить читателя в атмосферу предчувствия катастрофы. Роман состоит из трех частей, в каждой из которых действие начинается за два года до 22 июня 1941 года, а заканчивается, как вы уже догадались, в тот самый роковой день.
Первая часть – история двадцатилетнего студента и поэта Миши Гвирцмана, которого выгоняют из Института философии, литературы и истории по доносу однокурсницы.
Герой второй части – Борис Гордон, журналист советской пропагандистской газеты, по совместительству секретный сотрудник органов госбезопасности. Его любимую женщину арестовывают и отправляют в лагерь.
Третья часть рассказывает о пожилом филологе Игнатии Крастышевском, который одержим идеей, будто с помощью слова он сможет повлиять на Сталина. Он устраивается работать в народный комиссариат на неприметную должность, чтобы раз в год готовить для Сталина маловажный отчет. Однако Игнатий верит в свою безумную теорию, что сам набор слов и букв в этом отчете влияет на Сталина и дальнейшие действия вождя – лишь результат манипуляций филолога.
Все три персонажа связывает не просто 22 июня 1941 года, когда заканчивается повествование, но и фигура второстепенного персонажа – шофера Лени, который выполняет тут вполне себе ангельскую функцию дантовского проводника между мирами.
А теперь о литературной игре. У каждого персонажа есть вполне реальные прототипы, отгадывать которые безумно интересно. Герой первой истории – это Давид Самойлов, известный поэт-фронтовик. Он действительно учился в МИФЛИ, но ушел на войну, не закончив обучения. Жена журналиста Бориса Гордона – это Ариадна Эфрон, дочь Марины Цветаевой, осужденная в 1939 году на восемь лет суровой лагерной жизни. А образ филолога из третьей истории вдохновлен Сигизмундом Кржижановским, театральным критиком, драматургом, философом, рассказ которого «Клуб убийц букв» и послужил основой для безумной теории героя романа.
И все же, конечно, не литературная игра со смыслами и прототипами приковывает внимание читателя к роману. Быков очень точно и сильно передает атмосферу того времени, переплетая судьбы людей и трагедию страны в целом. Это не ирония, не сарказм, не сатира. Хотя ироничного в тексте, безусловно, хватает. Просто сам Быков относится к своему тексту вполне серьезно и от этого становится страшно. По-настоящему страшно.313,6K