Рецензия на книгу

• 

  ash-sand2 января 2018 г.

  Это книга про войну. Про Великую Отечественную. Про партизанский отряд и пионеров-героев. Книга современная. Для публикации её выбрали сами подростки — голосованием на всероссийском конкурсе «Книгуру». Получила она также несколько премий. В аннотации говорится:
  

  
  «Книга, написанная в канонах отечественной юношеской прозы, но смело эти каноны переступающая. Отсутствие „геройства“, простота, недосказанность, обыденность ВОЙНЫ...»

  И, в общем, правда и то, и другое. И про каноны, и про переступание.
  Я читал в детстве довольно много книжек про пионеров-героев. Советских, конечно, написанных в лучших традициях героики и мифологизации. В «Облачном полке», с одной стороны, есть то же (фашисты-гады, хорошие наши и плохие «ихние», всё как полагается), с другой же — он куда более жизненен. Откровенен. Жизнь складывается из мелочей, из повседневности, даже война. И эту повседневность войны Веркин отнюдь не обходит стороной. Равно как и неприглядные её страницы. Немного здесь есть даже от «У войны не женское лицо», например — именно в плане отражения реальности. От советских книжек о подвигах до Алексиевич — хорош разброс. Но Веркин как-то гармонично находится между этими двумя полюсами.
  Первая и последняя глава — «настоящее», где рассказчик уже весьма в преклонном возрасте, у него не только внуки, но даже правнуки. С одним из правнуков он и общается, а тот интересуется героическим военным прошлым деда. А между этими главами — собственно война. Каждая глава — отдельный эпизод, повествование местами прерывно. Это яркие воспоминания, «самое главное». Впрочем, повествование хоть и прерывно, но цельно.
  «Война похожа на болезнь, — говорит правнуку рассказчик. — На грипп. И есть всё время охота. Спать тоже охота, почти всегда. И почти всегда холодно, даже летом. Всё время надо куда-то идти, каждый день, и всё время ты отчего-то просыпаешься, каждый день по пять раз просыпаешься... Короче, ты больной, с распухшей головой бредёшь по снегу через вечный понедельник. При этом понимаешь, что вторника может и не случиться».
  Но книга не об ужасах войны. Она о повседневности войны. и героики в ней тоже достаточно. Главные герои не слишком-то рефлексируют над ценностью человеческой жизни. У Митьки — рассказчика — мечта «убить первого фрица». Санычу — второму главному герою книги (а может, и первому; в общем-то, книга в первую очередь про него) — убивать немцев вообще нравится, он также хотел бы подбить самолёт или даже подводную лодку. Саныч вообще более злой и энергичный, чем Митька; в нём есть та жестокость, из которой раздувают пламя священной ярости и благодаря которой человек становится героем. У Митьки этого недостаточно:
  

  
  «Со мной давно уже так — точно выключаюсь. Вот лампочка светит, а вот электричество кончилось. И сразу как-то — щёлк. Сначала вроде чувствую: вот предатель, вот он гад, в руках злость начинает пошевеливаться... И всё, пустота, как батарея садится».

  Собственно, Митьку и прикрепили к Санычу, чтобы тот за ним присматривал. Два пацана лет по шестнадцать, один побойчее, другой поспокойнее — из них хорошая команда получилась. В общем-то, рассказ в основном про Саныча. И да, это рассказ о пионере-герое, только с другой стороны — в конце это становится довольно внезапным поворотом, особенно если подзабыл подробности (а я подзабыл). Для тех, кто знает историю этого периода, всё станет ясно гораздо раньше.
  И теперь мне интересно, как автор писал эту книгу и на какие источники опирался. Эта история превратилась в миф — а сколько правды в этом «жизненном» повествовании? Характер героя, видимо, передан довольно верно. Вот что пишут про прототип Саныча: после его подвига с захватом бумаг немецкого генерала он «перед встречей с партизанами надел белый генеральский китель, который был в чемодане, и вдруг из кустов в нем и в генеральской фуражке вынырнул. Раздался дружный хохот: фуражка сползла на нос, китель закрывал всю его небольшую фигуру, но он даже не улыбнулся, а с самым серьезным видом передал документы начальнику штаба бригады». И в книге Саныч — хохмач и балагур, любитель шуточек и сочинитель завиральных историй. И хотя в обрисовывании характеров в книге есть некие традиции советской «выпуклости», всё же они очень живые все.
  Я не скажу, что мы с автором всегда совпадаем идеологически — для меня это немножко чуждый взгляд. Но это как раз тот другой взгляд, с которым надо знакомиться, который надо осмыслять, за которым стоит своя значимая правда. Это не то чтобы антивоенная книга — и всё же из неё хорошо видно, что война — ужас, и что война — бессмыслица.
  

  
  «Непонятно, не по себе от этой бессмыслицы. Вот паровоз взять. Чтобы его построить, нужен целый завод, да не один, а много, и сотни людей, тысячи, и они все должны думать, работать на протяжении многих дней, а тут — раз, несколько секунд, и вся эта работа превращается в бесполезный хлам, в неспособную дрянь».

  И про то, как приспосабливаться и справляться. И с повседневностью войны, когда есть много разных способов — работа, разговор, письма:
  

  
  «Ты пиши. Сталину можно, или Калинину, или просто. Солдату напиши какому-нибудь. Так тоже все делают. Солдаты в окопах сидят, им там плохо, а письма тоже не всем посылают, многие из детских домов на войну пошли. Им легче будет. И тебе легче будет, поверь уж».

  И с травматическими воспоминаниями — впрочем, тут почти единственный способ — вытеснение, и так оно и остаётся на всю жизнь непрожитым:
  

  
  «Забыл. Очень старался. Старался смотреть вокруг, думать о шишках, об иголках, о цвете неба, старался занимать голову тысячей деталей и мыслей, поверхностных и гладких, и не пускать, не пускать. И приучился не пускать, давить ненужную больную мысль другими, необязательными и лёгкими, а даже и тяжёлыми, но только не теми. Научился бороться с посторонним звуком, а глаза закрывать вообще было легко, я их закрывал с первого дня. Я не помню и не хочу...»

  Многое, к сожалению, про книгу не расскажешь, ибо спойлер, а спойлерить тут не хотелось бы. Но в общем это одна из книг, которые я рекомендовал бы прочитать. Это важно.

  1

  439