Рецензия на книгу

• 

  zzzloba20 декабря 2017 г.

  Кто начал злом, для прочности итога
  Все снова призывает зло в подмогу.
  У.Шекспир, Макбет

  Спойлеры!

  С каждой новой прочитанной пьесой Шекспира, я все больше убеждаюсь в том, что для него нет ничего невозможного. Написать поэтично и красиво - без проблем. Написать остроумно и смешно - сколько угодно. Написать так, чтобы не было повести печальнее на свете, так, чтобы читали через миллион лет - обращайтесь, ребят. В ситуации с "Макбетом" к нему действительно обратились, и он умудрился написать пьесу, прославляющую короля, вписав в нее собственное видение глубоких философских проблем. В результате пьеса получилась не самой ровной, но одной из самых впечатляющих.

  Это впечатление ещё более усиливается, если посмотреть театральные постановки (не мог оторваться от спектакля Ю.Бутусова в театре "Сатирикон") или экранизации. У Шекспира есть несомненное преимущество перед современными драматургами: понять, какую на самом деле интонацию он имел в виду в конкретной сцене, совершенно невозможно. На одной странице у него фирменное фехтование в остроумии и перестрелка шутками, на другой - сын, которого закалывают на глазах у матери. Трактовать эпизоды можно совершенно по-разному, от смешного до страшного, оставаясь при этом в рамках текста, а образы героев настолько глубоки, рельефны и неоднозначны, что у этой пьесы нет и никогда не будет какого-то эталонного исполнения. Что уж говорить, если взяв за основу только один образ леди Макбет, можно написать полноценный роман. А Акира Куросава вообще перенес все действие в средневековую Японию и снял один из лучших фильмов своего времени - "Трон в крови". Кстати, экранизации по "Макбету" и около него продолжают активно сниматься: "Макбет" в 2015 году, "Леди Макбет" в 2016. Ничего удивительного, что в период политического обострения Шекспир вновь обретает актуальность.

  
  Тосиро Мифунэ в роли Макбета, "Трон в крови"

  Дальше...

  Как это ни печально, но в шекспировском описании политической борьбы за власть есть неутешительный и очевидный для современности диагноз: невозможно стать королем, оставшись человеком. В любом случае придется выйти за грань, нарушить законы мироздания. История Макбета, ослепленного пророчеством и змеиными уговорами жены, настолько абсурдна, что сама природа как будто восстает против власти человека:

  А жеребцы Дункана, - дивный случай, -
  Красавцы, быстрые, цвет всей породы,
  Взбесясь, взломали стойла и умчались,
  Строптивые, как если бы вели
  Войну с людьми.

  Макбет смел и невероятно силен, в начале пьесы он предстает перед нами как настоящий лидер, герой войны. Но судьба манит человека запретными плодами, предлагает ему такие искушения, о которых герою войны даже подумать стыдно. И все же он не может выкинуть пророчество ведьм из головы, и ещё задолго до встречи с женой начинает терять разум. Говорят, что Шекспир заигрывал с темой ведьм, чтобы угодить дремучему королю Якову. Сейчас мистическая сцена с ведьмами воспринимается как встреча со своим подсознательным страхом, кошмарным сном, оставляющим глубокий след в памяти. Он не злодей, но вера в то, что его судьбу определяет какое-то пророчество, делает его бессильным перед жаждой власти и собственными страхами. Начав свой путь с убийства короля, которому он был когда-то предан, он отчаянно боится все потерять, боится, что в его действиях не окажется смысла, а только лишь шум.

  Ей надлежало бы скончаться позже:
  Уместнее была бы эта весть.
  Бесчисленные "завтра", "завтра", "завтра"
  Крадутся мелким шагом, день за днем,
  К последней букве вписанного срока;
  И все "вчера" безумцам освещали
  Путь к пыльной смерти. Истлевай, огарок!
  Жизнь - ускользающая тень, фигляр,
  Который час кривляется на сцене
  И навсегда смолкает; это - повесть,
  Рассказанная дураком, где много
  И шума и страстей, но смысла нет.

  Но не только пророчество и страхи сковывают Макбета. Он чрезмерно тщеславен, что Ницше определял как проявление рабского статуса. Мнение других людей играет для него слишком большую роль, а мнение жены вообще ценнее собственного. Именно поэтому он видит призраков убитых людей и начинает перед ними оправдываться. Голоса совести и ужас содеянного сводят его с ума, Макбет оказывается не в силах оставаться цельным после убийства и предательства.

  Я смею все, что можно человеку.
  Кто смеет больше, тот не человек.

  Леди Макбет также персонаж неоднозначный. С одной стороны, она абсолютно безумна и как-то неестественно жестока. Женщина, готовая убить собственное дитя, - ничего более бесчеловечного и быть не может. А с другой стороны, больше ни один человек на свете не способен разделить с Макбетом его безумие и пойти с ним до самого конца. Недаром он просит рожать ему только сыновей, ведь она способна чувствовать в мужчине самые сокровенные страхи и мечты. И мучается она не меньше мужа, о чем становится понятно только в конце, когда она отчаянно пытается смыть невидимую кровь со своих рук. Кто знает, превратилась бы она в такую змею, если бы не захотела помочь мужу осуществить то, чего тот боялся даже желать?

  Несмотря на общую жестокость пьесы, гуманизм Шекспира никуда не делся. Просто он стал менее навязчивым и проявился главным образом в том, что не исторический фон определяет судьбы героев, а их собственные страсти и поступки. В небольшой пьесе уместился весь человек, все его грехи, вся история его падения и весь героизм. Сражение за власть в "Макбете" ведется не между политиками, а между разумным, человеческим, и иррациональным, выходящим за рамки чести и морали, и даже за рамки человеческого в принципе. Историко-политический контекст сейчас уже никакой роли не играет, иначе стали бы читать и экранизировать пьесу через 400 лет? Времена сильно изменились, но та простая истина, которую обозначил Шекспир, все так же страшна и актуальна. Мир, выстроенный нами, необычайно хрупок, поскольку даже сильные мира сего одержимы страстями. Каждый новый век мы снова и снова опускаемся в тот же мрак безумия и твердим, что такого больше не повторится. Но человеческая природа не меняется, и власть по-прежнему разделяют убийцы и сумасшедшие. Разве что на смену окровавленным кинжалам в спальнях пришли клавиатуры в чистеньких кабинетах.

  Идем спокойно, ибо мир - простец.
  И ложью лиц прикроем ложь сердец.

  7

  409