Рецензия на книгу

• 

  Pone4ka17 декабря 2017 г.

  “Вот опять надо описывать чье-то детство… Опять надо его любить - нового человека, рожденного из пены потока, что несет нас, нещадно колотя о берега повествования, не давая времени ни вздохнуть, ни отряхнуться”.

  И у вас действительно не будет времени ни на что. Стоит только коснуться взглядом самой первой страницы, только краем глаза посмотреть на пролог - и вы уже в канареечном плену, из которого вырваться совершенно невозможно, остается только жить вместе с героями книги, не дожидаясь, а опасаясь окончания истории - как дальше жить без них?

  То, как пишет Рубина, заслуживает отдельных оваций в каждом ее произведении. Но “Русская канарейка” - просто какая-то невероятная квинтэссенция того, на что способна эта прекрасная писательница. И в первую очередь (по крайней мере, для меня) она способна описывать обычные, привычные явления так, как никто другой.
  

  
  “И после был еще тихий домашний вечер - пушистый хвост воскресенья, долгий-долгий, чае-вареньевый, переливчато-канареечный, шахматно-задумчивый, пасьянсовый вечер умиротворения всех богов”.

  Даже не знаю, может ли описание вечера воскресенья быть более теплым и уютным, а уж “вечер умиротворения всех богов” сразу предстал перед глазами.
  

  
  “Высокие тополя в школьном окне: осенью желтые-желтые, как Желтухин Третий, в мае - сначала зеленоперые, сквозистые, потом облитые серебристым трепетом беспокойной лохматой листвы, от которой по парте мечутся ушастые солнечные щенки”.

  Напиши здесь Рубина о солнечных зайчиках, получилось бы обычное, банальное восхваление природы. Но щенки! Какие замечательные ушастые щенки получились!

  При этом Дина Рубина в “Желтухине” совершенно не стесняется в выражениях, и наравне с возвышенными, парящими где-то в небесах пассажами о жизни буквально через пару строк может встретиться что-то очень уж приземленное, грубоватое, даже откровенно матерное. Языком Рубина владеет если не в совершенстве, то просто прекрасно, потому что даже мат органично вливается в повествование и появляется именно там, где мог и должен был появиться.

  Вообще, всё повествование, все герои, весь сюжет - воплощение органичности и жизненности. Вы не встретите похожих сюжетных ходов еще у кого-то, очень уж неожиданно судьба распоряжается жизнью Этингеров, да и не только. При этом самая емкая фраза для описания всего происходящего - “такое захочешь, а не придумаешь”. Такие нелепые стечения обстоятельств, удачные или горестные совпадения действительно можно встретить только в реальности, и уже за счет этого книга оживает и заставляет участвовать в жизни каждого героя, даже самого скромного и тихого.

  И сами герои не отстают. Я пока не знаю, что будет с ними дальше, но я влюблена в каждого, и потеря каждого героя сжимала мне сердце, как весть о потере какого-то дальнего родственника. Ведь вроде и не знакомы были толком, даже встречались изредка или вообще никогда, но все-таки родная кровь…

  Я уже приступила к продолжению “Желтухина”, “Голосу”, потому что невозможно просто так взять и оставить “последнего по времени Этингера”, да и Айя, честно, интригует не меньше. Думаю, вы видите, что я крайне неадекватна в своем отношении к первой части “Русской канарейки”, но я все же советую ее прочитать, потому что редко встретишь такую настоящую и животрепещущую историю семьи.

  7

  496