Рецензия на книгу

• 

  FinnertyLeired3 ноября 2017 г.

  Заходят как-то в лабораторию биолог и три биофизика и ... открывают структуру ДНК.

  Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость!

  - Это был 1953 год, - заканчивала свой рассказ первая цепь ДНК.

  Вторая ниточка выглядела растроганной:

  - Наконец о нас узнал весь мир!

  - В 1962 году Фрэнсис Крик, Джеймс Уотсон и Морис Уилкинс получили Нобелевскую премию за открытие нашей структуры. К сожалению, Розалинд к этому моменту умерла. Но без ее фотографии над данной загадкой могли бы биться впустую многие месяцы и годы, - не без гордости заметила первая цепь.

  - Пожалуй, это все, что вам следовало бы услышать, - с этими словами нити ДНК вернулись обратно в ядро под громогласные аплодисменты в честь великих ученых.

  - А давайте откроем структуру ДНК? - Джеймс Уотсон энергично потер ладони. - «Таймс» уже прочитана, судоку разгадано, а время до обеда надо как-то скоротать.

  - Да-да, нам надо обогнать старикашку Полинга. Достаточно с него и альфа-спирали в качестве вторичной структуры белка, - Фрэнсис Крик мгновенно загорелся этой идеей.

  - Пора бы уже открыть тайну, - нравоучительно добавил Морис Уилкинс.

  - Представляете, они говорили об открытии нашей структуры, - тараторила вторая нить ДНК, - как будто это — баночка икры, лежащая у дальней стенки холодильника под запретом «Нетрогайэтонановый_год!» и которой пора бы уже появиться на столе!

  Первая цепь ДНК неторопливо поясняла:

  - К тому моменту о ДНК было многое известно. В результате экспериментов Эвери, Маклауда и Маккарти, а также Алфреда Херши и Марты Чейз было установлено, что именно ДНК является носителем генетического материала. А о том, что в состав кислоты входит фосфор и азот сказал еще Фридрих Мирше в 1869 году. Таким образом, оставалась самая малость – указать, где именно располагается каждый атом и как же собственно происходит удвоение молекулы.

  - Рози, детка, - Фрэнсис обольстительно улыбнулся девушке, - давай, покажи нам свои фотогорафии. Те самые, ну ты сама понимаешь.

  - Не понимаю, - отрезала Розалинд Франклин.

  - Роз, неужели ты не хочешь, чтобы мы все оценили твои чудесные голые снимки, - Уотсон присоединился к уговорам.

  Розалинд возмущенно взглянула на него, видимо, мысленно подвергая изощренным пыткам.

  - Джеймс имел ввиду твои рентгенограммы, - попытался исправить ситуацию Фрэнсис.

  - Ну да, я так и сказал, - пробормотал Уотсон. – Я теперь понимаю, почему ты не красишься – все равно под рентгеновскими лучами ты получаешься в естественном виде. Очень естественном.

  - Джеймс, заткнись! – хором воскликнули Крик и Уилкинс.

  - И правда, Розалинд, пора бы поделиться с нами твоими рентгенограммами ДНК, - несколько сухопаро сказал Морис через несколько минут всеобщего молчания.

  Но мисс Франклин лишь сильнее сжала ладонями альбом.

  - Рози, ты обиделась? – спросил Джеймс.

  - Нет!

  - Тогда почему ты молчишь?

  - Ой, все! – отвернулась от всех Розалинд.

  Корреспонденты усердно записывали эту удивительную историю. Фотографы старались запечатлеть каждый виток спирали.

  - Правда, что изначально говорили о трех или четырех цепях в молекуле ДНК?

  - Да, - подтвердила первая цепь ДНК. - Даже строили трехмерную модель, где у меня не одна, а сразу две сестры, - несколько устало добавила она.

  - Первые 40 лет детства - самые сложные в жизни мужчины, - сказал Фрэнсис. – Поэтому мы с тобой, Джеймс, будем собирать конструктор.

  Джеймс Уотсон уже с восторгом держал в руках детали, которым предстояло выполнить роль фосфора и азота.

  - А где Морис?

  - Этот зануда пытается сделать рентгенограммы ДНК, раз кое-кто, не будем показывать пальцем, отказывается нам показать свои, - Фрэнсис выразительно посмотрел в сторону Розалинд.

  Рози все еще сидела отвернувшись к окну, но украдкой посматривала на мальчишек, чтобы не показать, что ей жуть как интересно.

  - Вот, главное не сломать, - Фрэнсис водзрузил на стол 3D модель ДНК.

  - Роз, глянь, похоже на твои фотки? – с надеждой спросил Джеймс.

  - Это выглядит коряво, - не поворачивая головы ответила Розалинд.

  - Есть немного, - вздохнул Фрэнсис.

  Три цепи ДНК соединялись в центре фосфатами, а снаружи топорщились, как бы обороняясь от любопытных ученых, лохматые азотистые основания.

  - Мда, фигня какая-то, - огорченно сказал Джеймс и смахнул модель на пол.

  - В тот момент они были очень близки к верному решению, - рассказывала первая цепь.

  - Мне кажется, это было чрезвычайно глупо – вывернуть ДНК наизнанку, - перебила сестру вторая нить. - Как можно было не догадаться, что азотистые основания у нас внутри? – она кокетливо поправила комплементарные связи в ложбинке между аденином и тимином.

  - Все, хватит заниматься ерундой. Смотрите, - Розалинд положила на стол заветную фотографию.

  
  

  - Эээ, что это, Рози? Тест Роршаха? Что вы видите в этой кляксе? – Фрэнсис всячески вертел изображение в руках, принюхивался к нему и даже пробовал на вкус.

  - Это как раз рентгенограмма ДНК, - высокомерно заявил Морис. – У меня тоже такие есть. И даже получше.

  - Ребят, я знаю, - восторженно прыгал вокруг Джеймс. – Это же 3D-картинки, стереограммы. Ну помните, сначала надо глядеть не моргая, потом приблизить или отдалить картинку и тогда увидишь что-то конкретное.

  - Я так и знала, что вы будете издеваться, - Рози обиженно смотрела на коллег, - мол яжедевочка, и ничего толкового у меня не выйдет.

  - Роз, милая, - попытался успокоить ее Морис, но быстро ретировался, поскольку Розалинд собиралась переродиться в Темного Феникса.

  - Стойте, стойте, я вижу – это же реально двойная спираль, Рози – ты гений, - Джемс ошеломленно вглядывался в рентгенограмму.

  - Алилуйя! – несколько комично пропела вторая цепь ДНК. – Они догадались, что нас всего двое.

  - Они на редкость прозорливые, - не хотела уменьшать заслуг ученых первая нить.

  - Ох, я совсем забыл вам сказать, - Фрэнсис смущенно обвел глазами замерших ученых. – Ммм, в приватной, ням-ням, беседе, с одним …ммм…биохимиком, я узнал, что есть притяжение…

  - Между тобой и биохимиком? – язвительно закончила фразу Розалинд.

  - Между парами азотистых оснований аденин-тимин и цитозин-гуанин, - снисходительно глянул на нее Фрэнсис. – А еще один приятель сказал, что число адениновых оснований в цепях всегда равно числу тиминовых. И точно так же с гуанином и цитозином.

  - Эврика! - Джейс торопливо доставал из коробки с конструктором детали. – Если между парами азотистых оснований есть связь, то давайте просто поместим их в центр.

  Толкаясь, Джеймс, Фрэнсис, Рози и Морис торопливо собирали новую модель, согласно которой сахарно-фосфатные группы были снаружи, а пуриновые и пиримидиновые основания логично соединяли обе цепи ДНК внутри, формируя изящную спираль.

  Первой в поле зрения появилась Митохондрия, мисс Ми, как ее обычно называли. Корреспонденты держали наготове камеры, ожидая увидеть роскошные овальности Ми, обещавшие море энергии и позитива. Но вместо щелканья затворов по замершей в недоумении толпе пронесся удивленно-восторженный возглас, сочетавший в себе оттенки разочарования и восхищения одновременно. Вместо привычной, впечатляющей своими формами, мисс Ми перед зрителями стояла нитевидная дама как будто с очень низким зарядом. Но вдруг она улыбнулась, и все с облегчением узнали в ней свою любимицу Митохондрию, по-прежнему радостную и энергичную, независимо от того, что вызвало такую трансформацию — развод или сыроедение.

  Следующим появился Аппарат Гольджи в ослепительно элегантном наряде, заставившем в очередной раз поклонников задаваться вопросом, у какого талантливого дизайнера заказал костюм этот щеголь. А.Гольджи с удовольствием позировал фотографам и флиртовал с репортерами, как бы показывая, что есть еще порох в его цистернах и везикулах.

  За ним появились мистер и миссис Лизосомы со своим многочисленным потомством. Зрители, как бы невзначай, чтобы ни в коем случае не оскорбить семейство, отступили назад.

  - Им палец в рот не клади! - прошептал один из корреспондентов своему молодому коллеге.

  - Почему?

  - Переварят же! У них первосортные ферменты.

  И вот наконец из ядра показались те, ради кого и затевалось мероприятие — бесподобные нити ДНК. Комплиментарные связи отсутствовали вверху и внизу, давая двум сестрам-цепям свободу и легкость передвижения. В остальном же они крепко держались друг за друга, создавая двойной винт или, как для эстетики называли в прессе, двойную спираль. Цепи ДНК выглядели несколько экзотично и поражали своей структурностью и продуманностью, как будто были одной из тонких работ уникального ювелира. Аккуратные аскетичные фосфаты отделяли от внешнего мира оригинальный остов из пуриновых и пиримидиновых оснований, расположенный в самом центре.

  Нити ДНК сразу же были окружены репортерами. После многочисленных ослепляющих вспышек камер и восторженных приветствий, один из корреспондентов обратился к сестрам с вопросом:

  - Расскажите, пожалуйста, как все начиналось?

  Цепочки ДНК переглянулись, и одна из них произнесла:

  - Дело было так. Где-то в середине 20 века мы отдыхали в своем ядре-люкс. Нежились в кариоплазме, если говорить откровенно. Не происходило абсолютно ничего — ни траснскрипции, ни трансляции, ни репликации, как это сейчас называется.

  - Энергии было в избытке, - вставила ее сестра, вторая цепь ДНК. - У нас отличный поставщик, - она заговорщески подмигнула шокированным репортерам. Могу написать контакты...

  - Тсс, - одернула ее первая нить. - как я уже сказала, мы были предоставлены сами себе. И вдруг услышали...

  ***

  - А давайте откроем структуру ДНК?

  Шалость удалась?

  44

  1,5K