Рецензия на книгу

• 

  Monti-Ho31 октября 2017 г.

  Глыба жизни русского человека и великого писателя

  Леонид Петрович Гроссман ( 1888- 1965) — русский советский литературовед, писатель; доктор филологических наук, профессор. Более полувека Гроссман отдал глубоким исследованиям жизни и творчества А.С. Пушкина и Ф.М. Достоевского, результатом которых, наряду с многочисленными чисто научными работами, явились две книги - увлекательно написанные творческие биографии «Пушкин» (1939, 1958, 1960) и «Достоевский» (1962, 1965), изданные в серии «Жизнь замечательных людей».
  Книга Гроссмана о Достоевском пронизана восхищением и любовью автора к своему «герою». Несомненно, что Гроссман написал прекрасную, очень основательную книгу, которую стоит прочитать не только любителям и почитателям творчества Достоевского, но и всем, кто любит и изучает русскую литературу. Потому как написана она не просто про жизнь и творчество, но и про развитие, восхождение русской литературы XIX века в живых человеческих судьбах. Потрясает сама трагическая судьба писателя, в которой было не очень-то счастливое детство, сиротство, бедность и …когда волею судьбы ему придется пройти страшные испытания каторгой и ссылкой, то даже удивляешься – как в нем нашлась эта сила и стойкость!
  

  
  «Новоприбывших «злоумышленников» заключили в узкую, темную, холодную и грязную арестантскую. Ястржембский пришел в отчаяние и решил покончить с собой.
  В такие минуты нервный и больной Достоевский проявлял изумительное мужество. И на этот раз он поднимает своим присутствием духа угнетенных и подавленных товарищей. Он разыскивает в своих вещах коробку сигар, подаренных ему на дорогу братом. Узникам принесли чай и сальную свечку.
  «В дружеской беседе мы провели большую часть ночи. Симпатичный, милый голос Достоевского, его нежность и мягкость чувства, даже несколько его капризных вспышек, совершенно женских, подействовали на меня успокоительно…» Создалась атмосфера внутреннего тепла, заботливости и участия, Ястржембский оставил мысль о самоубийстве»
  

  Гроссман создает не только очень живой и многогранный образ Достоевского, но и бережно собирая в архивах и литературных источниках, личных беседах сведения о людях, которые сопровождали Федора Михайловича на всем его трудном пути. Читая о том, как провожали его на каторгу прекрасные женщины, жены декабристов, стараясь морально поддержать его и, по-возможности, проявить заботу о его дальнейшей судьбе, я мысленно испытала чувство благодарности…
  

  
  «И Достоевский запомнил навсегда четырех сибирских подвижниц, поддержавших его в эту безнадежную минуту. Это были П. Е. Анненкова с дочерью, Н. Д. Фонвизина и Ж. А. Муравьева.
  …Эти четыре «декабристки» уговорили смотрителя пересыльной тюрьмы устроить им на его квартире свидание с политическими. Они накормили их обедом, снабдили вещами, подарили каждому по экземпляру евангелия (единственная книга, которую разрешалось иметь на каторге); в надрезанные крышки переплетов было вложено по десятирублевой ассигнации. Это была книга старинного крупного древне-славянского шрифта с титлами (Достоевский берег ее всю жизнь и раскрывал в день своей смерти)»
  

  Как знать, ведь, возможно, эта встреча и эти люди спасли будущего великого писателя России для жизни и для литературы… Книга также очень богата историей создания всех произведений Достоевского, анализом их сюжета, героев, литературной направленности и формы. Поэтому, после книги Гроссмана, я поняла, что в книгах Достоевского отражена вся его сложная жизнь, которую он не просто прожил, и не просто осветил своим творчеством, а буквально пропустил через себя свое время, судьбы людей, с которыми его свела жизнь… Появилось такое ощущение, что Достоевский прожил не только свою жизнь, а десятки жизней, чьи судьбы прошли через столкновение с ним на перекрестках истории… И потрясает то, что в самые страшные, казалось бы, безрадостные годы, он остался открыт для добрых чувств к людям. Кроме того, становится ясно, что Достоевский был очень одаренным человеком. Он многим интересовался, изучал, во многом проявлял свои творческие эксперименты.

  
  «Неизменный интерес писателя к истории обращает его и в ссылке к художественной археологии. Он составил в Семипалатинске целую коллекцию древних чудских вещей, колец, монет, серебряных и медных, браслетов, серег, различных бус, изломанных копий и разных мелких вещиц из серебра, меди, железа и камня. Была у него и коллекция минералов»

  Мне кажется, что теперь его произведения я пойму более глубоко, потому что за всеми его героями и историями стоит он сам, отражая в себе огромную эпоху и страну. Написана книга очень хорошим образным языком, поэтому даже главы посвященные историям работы над произведениями Достоевского, которые очень развернуто представляют и анализ самих произведений не теряют своей увлекательности, язык не перегружен терминами или сухими литературоведческими сведениями. Наоборот, как это раскрывает глубину его творчества! Хочется опять перечитать все эти произведения, чтобы понять, как все это связано с жизнью самого Достоевского….

  
  «Свадьба была очень скромная и малолюдная: у Достоевского в Кузнецке совсем не было знакомых, Мария Дмитриевна, как бедная вдова, жила очень замкнуто. …Были еще официальные участники обряда: четыре поручителя. Среди них и учитель Николай Вергунов.
  Это, несомненно, сообщало большую напряженность бракосочетанию и раскрывало в празднике венчания сложную внутреннюю драму соперничества, ревности, вражды и страсти.
  Всем присутствующим были известны эти отношения, но им никто не придавал большого значения. И только великому писателю, изживавшему свою драму любви в кругу захолустного мещанства, были видны глубокие подводные корни целой драмы чувств, уже отлагавшейся в его творческом сознании.
  Мария Дмитриевна стояла под венцом, быть может близкая всем своим существом не к жениху, а к своему шаферу, стоящему тут же рядом. Кто угадает внутреннюю драму этого отверженца, его обиду, ревность, отчаяние, гнев — быть может, и жажду мести? К какому жестокому и грозному финалу мог бы привести такой накал страстей? …
  Через двенадцать лет он увековечит эту драму в своем гениальном романе о грешнице, полюбившей праведника и убитой сладострастником. Кузнецкая свадьба 1857 года развернется здесь в потрясающую картину беспримерной брачной ночи князя Мышкина.
  «Настасья Филипповна вышла действительно бледная, как платок; но большие черные глаза ее сверкали на толпу, как раскаленные угли…»
  

  Книга Гроссмана написана не просто хорошо, а добротно, основательно: все эти цитаты, пояснения, упоминания – они очень точно и продуманно вставлены в текст книги, создают образ писателя очень реалистичный, многогранный и интересный уже не только в литературном смысле, но и в человеческом..
  

  
  «Но он не замыкался в пределы своей страны от других наций. Европа, несомненно, была одним из сильнейших впечатлений его души, столь богатой сильными ощущениями. От его юношеских увлечений Шекспиром и Шиллером, Бальзаком и Гюго до его поздних интересов к Флоберу и Эмилю Золя (которого он одновременно отвергал и принимал) — Достоевский превосходно знал всех корифеев европейской литературы. В музеях Запада его поразили мастера итальянского Ренессанса, а Ганс Гольбейн-младший и Клод Лоррен вдохновили на великие искусствоведческие страницы «Идиота» и «Подростка». В Милане, Кёльне и Париже он был поражен образцами готического зодчества. Его преисполнил восхищением Бетховен»

  Очень впечатлило то, что Гроссман жил в то время, когда он мог общаться с людьми, которые лично знали Достоевского.

  
  «…В личном разговоре Анна Григорьевна Достоевская сообщила мне несколько дополнительных сведений о первом браке Достоевского»

  В книге, которая была написана автором в советские годы, и кроме того, жившего в эпоху социализма, конечно есть отражения этого взгляда на жизнь и творчество писателя:
  

  
  «В этом не только личный трагизм его писательской судьбы, но, быть может, одна из глубоких катастроф русской литературы. Стоит на мгновение представить себе, какую могучую эпопею для будущего человечества оставил бы нам мудрец и трагик Достоевский, если бы он продолжал жить социалистическими увлечениями своей молодости, чтоб понять огромные размеры этого события и весь печальный смысл этой утраты»

  Но этого в книге не настолько много, чтобы как-то портить само повествование.
  Еще хотелось бы сказать о том, что описание последних дней жизни Достоевского, его смерть - это завершило образ человека, который ожил для меня, как в свое время Пушкин в книге Ю.Лотмана.
  

  
  «В семь часов утра 28-го Анна Григорьевна проснулась и увидела, что муж смотрит на нее.
  — Ну как ты себя чувствуешь, дорогой мой? — спросила она, наклонившись к нему.
  — Знаешь, Аня, — сказал Федор Михайлович полушепотом, — я уже три часа как не сплю и все думаю, и только сознал ясно, что я сегодня умру.
  … В 11 часов горловое кровотечение повторилось. Больной почувствовал необыкновенную слабость. Он позвал детей, взял их за руки и попросил жену прочесть притчу о блудном сыне. Это был последний рассказ, прослушанный Достоевским. После нового кровотечения в 7 часов вечера он потерял сознание и в 8 часов 38 минут скончался»
  

  И потому расстаешься не просто с книгой о писателе, а такое ощущение, что с самим Федором Михайловичем. Несомненно, это заслуга автора – Леонида Петровича Гроссмана.
  

  16

  821