Рецензия на книгу

• 

  BottaPostludes24 октября 2017 г.

  Абсолютно случайно прослушанная книга

  Предыстория...
  Я давно хотела прочитать "Собор Парижской Богоматери" Виктора Гюго. Скачав приложение на телефоне LibriVox и найдя в бесплатном списке именно это произведение всемирной классики я испытала полное разочарование... Не зацепившийся сюжет, скучное и дотошное описание всего происходящего, все не так как я себе представляла (наверно из-за представленного варианта из мультфильма Дисней) Итог: прослушана 1/3 книги
  
  Книга Эдгара Берроуз "Закоренелый преступник" нашлась абсолютно случайно. Заинтересовало название и простое любопытство заставило палец нажать прослушать данную книгу. Я ничего не ожидала, нет, наоборот, ожидала, что сразу ее выключу. Но нет, не смогла выключить.
  Заинтересовало произведение своей простотой и прямо сказать банальной историей с самой первой главы. Про Билли Байерна и его любовь к некой Пенелопе. Честно говоря произведение очень похоже на книгу Джека Лондона "Мартин Иден".
  Нельзя сказать, что я ее хоть кому-то посоветую прочитать. Нет, эта лично для меня интересная история, которую я слушала, когда ехала или возвращалась с работы, когда было настроение читать.
  Эта книга заставляла мою фантазию работать, как в детстве. Эта книга, как судьба, было предначертано, что я ее прослушаю.
  
  Одна из моих слабостей после прочтения книги узнать биографию автора (Википедия в помощь).
  А автор перепробовал много различных профессий (по ощущению, как будто он метался не находя своего места) и только к 35 годам, когда потеряв всякую надежду, написал фантастический роман о человеке на Марсе и отправил в самый продаваемый журнал особо не надеясь на чудо. Чудо произошло - его купили и за хорошую цену...И понеслось: книги о Тарзане, о Марсе...
  Удивилась, что не нашла эту прочитанную книгу. Оказалось что есть другой перевод - Грубиян (Боксер Билли) [The Mucker]
  
  Отрывок из книги.

  
  Я никогда не знал, что природа так хороша, и, пожалуй, никогда не узнал бы этого, если бы не слышал ваших стихов! Я всегда считал, что все поэты тряпки, - продолжал он, - но как могут они быть тряпками, когда они придумывают такие вещи, которые заставляют кровь закипать в жилах?
  Прежде мне казалось, что каждый человек, который не груб - мокрая курица. Сам я был здорово грубым парнем и не мало этим гордился. Теперь-то я уже далеко не тот! Но до этой перемены я бы сразу возненавидел вас, Бридж. Я ненавидел бы вашу манеру разговаривать, ваши стихи и то, что вы гнушаетесь выпрашивать подаяния. Я бы сам себя стал презирать, если бы подумал, что могу говорить так, как теперь. Да! Тогда я был так груб, что дальше идти было некуда. Однако девушка - очень милая, знаете, девушка - обозвала меня хулиганом и трусом. И - честное слово! - это была правда, хотя у меня и была репутация самого отчаянного парня в западной части Чикаго, и сам я считал себя настоящим мужчиной. Я чуть не дал ей тогда пощечины. Подумайте, Бридж! Да, но все-таки не дал. Потом мне было приятно думать, что быть может меня остановило то хорошее, которое всегда жило в моей натуре, но было еще в скрытом виде. С той самой минуты я и начал меняться. Очень медленно, правда. Ведь я и сейчас еще порядочная скотина. И, знаете, главным образом мне помогла тогда эта девушка, а теперь очень помогаете мне вы и ваши стихи. Если какой-нибудь шпик не подцепит меня, то я, пожалуй, еще могу стать человеком.
  

  • Да, - повторил Бридж, - наши взгляды меняются с годами. Знаете, Билли, ведь было время, и совсем не так давно, когда и я ненавидел бы вас так же сильно, как и вы меня! Впрочем, я употребил неверное слово: я не ненавидел, а скорее чувствовал непреодолимое презрение к людям, которые, как мне казалось, не принадлежали к "моему кругу". Ах, как я гордился тогда, что по рождению принадлежу к интеллигенции! На всех людей, которые были вне моего класса, я смотрел как на "неумытых скотов". Мне было их слегка жаль, но в глубине души я совершенно искренно верил, что они все-таки сделаны из "другого теста", чем я и мои близкие, и что, если у них и есть души, то, во всяком случае, души второго сорта, вроде, как у животных. Я тогда не мог бы усмотреть в вас человека, Билли, точно так же, как и вы не сочли бы меня за человека - и были бы тысячу раз правы! С тех пор я многому научился, но всё же и теперь держусь моего первоначального мнения, что не все люди одинаково ценны; таких людей, с которыми я мог бы дружить, страшно мало. Зато я совсем отделался от своих интеллигентских замашек: мои друзья - все простые люди. Если бы вы знали, Билли, насколько они часто бывают умнее и лучше, чем чванные и пустые представители "высшего класса"! Да, теперь я не считаю человека выше только потому, что он говорит лучше другого по-английски, или умнее потому, что он перечитал больше книг в своей жизни. Для меня не важно, что вы, Билли, не можете говорить правильно; главное то, что вы понимаете и цените, как и я, Сервиса, Киплинга и Ниббса.

  
  Быть может, мы оба ошибаемся; быть может, Ниббс, Киплинг и Сервис совсем не такие замечательные поэты; но, как бы там ни было, их стихи сейчас захватывают и вас и меня одинаково. В этом отношении мы сходимся. Ну, а теперь посмотрим, не удастся ли нам раздобыть пищу и найти укромное местечко, где можно было бы заснуть.

  0

  254