Рецензия на книгу
О дивный новый мир
Олдос Хаксли
ghost_writer23 октября 2017 г.Начнём с того, что меня слегка напрягло.
Судя по написанному, в этом обществе убийство не считается тяжёлым преступлением, так как одну особь можно заменить десяткой таких же. Тогда, если Бернарду всё-таки подлили кровь в спирт - его проще было просто сразу отправить на линию дельт. Или вообще убрать. Ведь одна жизнь, пуская даже и альфы-плюсовика, в таком мире мало чего стоит. Однако наш Бернард здравсвтует и процветает, а из этого следует, что либо всё, что насчёт него болтали про спирт - ложь либо это сюжетная дыра. Но скорее всего это ложь, так что тут даже не замечание, а комментарий.
Убийство означает гибель особи – а, собственно, что для нас одна особь? – Взмахом руки Директор охватил ряды микроскопов, пробирки, инкубаторы.
Но всё же. Чёрт возьми! Это общество потрясающе! Я в восторге! И может, я ничего не поняла в жизни, но именно такое общество я предпочту оруэловскому миру, и я уверена, что не одна такая. А на что жаловаться? Нет проблем, нет грусти, нет страданий, нет любви (которая временами приносит больше боли, чем счастья), нет скуки. Живи и радуйся, принимай безопасный наркотик (сома), делай то, для чего ты предназначен и радуйся. И ведь ничто этому не мешает - тебе ведь с самого детства в голову вдалбливаются формулы счастья, да что там с детства, уже зародышем ты учился не беспокоиться и радоваться своему предназначению. Распределитель всё решил и независимо от того, кем в итоге ты станешь - полукретином-эпсилоном, не способным прочесть строчку из детского букваря или блистательным альфой-плюсовиком, с лёгкостью выполняющим сложную работу, ты будешь счастлив. Счастлив, и рад, и спокоен. В отличие от Океании, в которой лишние ресурсы тратятся на войну, здесь лишним ресурсам просто не дают появляться. И это здравый подход.Единственный недостаток этого общества - отсутствие частной жизни. Никакого уединения, никакой личной жизни, никаких размышлений, которые могут привести к опасным последствиям. Будь со всеми, равняйся на всех, дай всем смотреть на тебя и искать сбои в твоём поведении. Ведь если у тебя есть моменты уединения - появляются и мысли. Мысли, которые развиваются, разрастаются причудливо, как рога старого оленя, которые вскоре приведут к простым выводом, таким простым, что ты больше не сможешь не замечать очевидное. А потом на чёрном рынке (если его существование ещё возможно) или на пыльном чердаке ты найдёшь старую книжку. И тебе вдруг откроется правда, много правды, как на той картинке, где человечек на стопке книг за изрисованным цветочками забором видит неприглядную реальность. Я бы не смогла жить без этого - своих мыслей, книг и оленьих рогов размышлений. Нынешняя я. Вряд ли бы меня что-то тревожило, родись я бетой-плюсовичкой.
– Помнишь наш первый разговор? На пустыре у нас. Ты теперь опять такой.
– Да, потому что я опять несчастен.
– По мне лучше уж несчастье, чем твое фальшивое, лживое счастье прошлых недель.
Хотя здесь нет неприглядной реальности, на мой взгляд. Даже тех, кто начал смотреть на вещи иначе, по-другому не убивают, не пытают, не перевоспитывают. Их отправляют на острова, к им подобным, в то место, где они найдут свободу и единомышленников, ибо кому нужна одинокая свобода? Можно сказать, что каждый (если у него хватит на это мозгов, конечно) волен выбирать мир, в котором он хочет жить. Здесь, конечно, имеются несостыковки - возможно, островные люди рано или поздно восстанут против дивного мира, разрушат систему или хотя бы основательно пошатнут. И ведь это очевидно - у них свободное мышление, они умны и многие из них одарены, и их революция лишь вопрос времени. Разве можно этого не понимать? Единственная туманная угроза, намёк на то, что скоро придётся применить радикальные меры в реплике Мустафы Монда : Хорошо, что в мире столько островов..Не то пришлось бы, вероятно всех еретиков отправлять в умертвильную камеру."
И это, кстати, тоже вопрос времени.Немного о героях. Бернард мне был неприятен, но как персонаж он меня восхищает. В антиутопиях ведь принято - главный герой непохожий, другой, понимающий, видящий дальше собственного носа, он осознает свои недостатки и как-то борется с ними, с системой заодно. Но Хаксли реалистичен, он понимает, что такой канон не всегда может соблюдаться. Поэтому Бернард отличается от других только из-за того, что другие не хотят быть на него похожи. Его слегка недолюбливают и он упивается жалостью к себе. Единственное, что делает его особенным - это "другой" взгляд на мир, и он готов сохранять эту свою единственную привилегию и упиваться ею. На самом же деле взгляд его такой же узкий, как и у всех остальных, если вглядеться в него поглубже он – посредственность. Просто откуда-то в нём амбиций в нём было на альфу-плюсовика, а доставалось ему как бете. Вот он и утешался таким способом, так сказать, старался оторваться от общества, чтоб оно его заметило и, может, даже зауважало. Но, как ни крути, Бернард – посредственность.
Однако были в Бернарде неприятнейшие черты. Это хвастовство, например. И чередуется оно с приступами малодушной жалости к себе. И эта удручающая привычка храбриться после драки, задним числом выказывать необычайное присутствие духа, ранее отсутствовавшего. Гельмгольц терпеть этого не мог -- именно потому, что любил Бернарда.Другое дело его друг – он видит шире. Но, если честно, я не понимаю, как система этой страны позволяет ещё рождаться таким людям – слишком ярким, слишком умным и оттого другим. Всё-таки Гельмгольц больше напоминает романтического героя, чем реалистического, он будто создан в противовес мелкому ограниченному Бернарду. О Дикаре можно лишь сказать, что он полностью романтический герой – красивый, молодой, несчастный. Вышедшему из другого мира, ему дано увидеть недостатки этого во всей полноте, и оттого этот мир невыносим для него. Он даже чересчур идеалист, и вот к чему его это привело. Всё-таки Гельмгольц был больше приспособлен к этому миру, он в нём вырос, и он привык, чего нельзя сказать о Дикаре.
Эх, книга хорошая, глубокая, интересная. И если вглядеться в прекрасные благоухающие пышные соцветия, можно увидеть мух и червей, барахтающихся в ароматных лепестках.
Вам бы именно слезами сдобрить вашу жизнь, - продолжал Дикарь — а то здесь слишком дёшево всё стоит.542