Рецензия на книгу

• 

  agata77

  12 октября 2017

  итак, роман «Белая гвардия», первое большое произведение Михаила Булгакова, написан в 1924 году, позже на его основе создана пьеса «Дни Турбиных».
  На мой взгляд, у Михаила Булгакова есть два основных произведения: бессмертный роман «Мастер и Маргарита» и роман драматический «Белая гвардия». По двум этим романам можно судить не только о писателе, но и том времени, которому он свидетель. А еще интересные выводы можно сделать из критики тех дней. Вот что пишет Автор в своем знаменитом «Письме к Правительству» (читай к Сталину) в марте 1930 года:
  

  
  Произведя анализ моих альбомов вырезок, я обнаружил в прессе СССР за десять лет моей литературной работы 301 отзыв обо мне. Из них: похвальных было 3, враждебно-ругательных - 298.
  Последние 298 представляют собой зеркальное отражение моей писательской жизни.
  Героя моей пьесы "Дни Турбиных" Алексея Турбина печатно в стихах называли "сукиным сыном", а автора пьесы рекомендовали как "одержимого собачьей старостью". Обо мне писали как о "литературном уборщике", подбирающем объедки после того, как "наблевала дюжина гостей".
  Писали так:
  "...Мишка Булгаков, кум мой, тоже, извините за выражение, писатель, в залежалом мусоре шарит... Что это, спрашиваю, братишечка, мурло у тебя... Я человек деликатный, возьми да и хрястни его тазом по затылку... Обывателю мы без Турбиных, вроде как бюстгалтер собаке без нужды... Нашелся, сукин сын. Нашелся Турбин, чтоб ему ни сборов, ни успеха..." ("Жизнь искусства", N44-1927 г.).
  Писали " о Булгакове, который чем был, тем и останется, новобуржуазным отродьем, брызжущим отравленной, но бессильной слюной на рабочий класс и его коммунистические идеалы" ("Комс. правда", 14/X-1926 г.).
  Сообщали, что мне нравится "атмосфера собачьей свадьбы вокруг какой-нибудь рыжей жены приятеля" (А. Луначарский, "Известия, 8/X-1926 г.) и что от моей пьесы "Дни Турбиных" идет "вонь" (стенограмма совещания при Агитпропе в мае 1927 г.), и так далее, и так далее...
  

  От чего советская мораль так невзлюбила Турбиных и их Автора? На этот вопрос тоже есть ответ в письме.

  
  И, наконец, последние мои черты в погубленных пьесах - "Дни Турбиных", "Бег" и в романе "Белая гвардия": упорное изображение русской интеллигенции как лучшего слоя в нашей стране. В частности, изображение интеллигентско -дворянской семьи, волею непреложной судьбы брошенной в годы гражданской войны в лагерь белой гвардии, в традициях "Войны и мира". Такое изображение вполне естественно для писателя, кровно связанного с интеллигенцией.
  Но такого рода изображения приводят к тому, что автор их в СССР, наравне со своими героями, получает - несмотря на свои великие усилия стать бесстрастно над красными и белыми - аттестат белогвардейца-врага, а получив его, как всякий понимает, может считать себя конченным человеком в СССР.
  

  Итак, роман «Белая гвардия», так нелюбимый советскими критиками, роман о интеллигентско -дворянской семье, волею непреложной судьбы брошенной в годы гражданской войны в лагерь белой гвардии, в традициях "Войны и мира".
  Турбины — обычная семья городских дворян. Не очень богатых, среднего достатка интеллигенты. Старший брат, Алексей Турбин — автопортрет Автора. Он доктор, в силу обстоятельств втянутый в события, противные доктору, в войну. Наверное, для врача должно быть особо дико, когда люди с удовольствием калечат и убивают. Для доктора все «идейные» разногласия несущественны, на него не действует дурман громких слов, он видит лишь всеобщее безумие и болезни. С этой точки зрения мне очень интересно мнение Булгакова о событиях тех лет. Не было там «хороших», как можно среди больных зверей, одержимых убийством выделить «хороших и справедливых»? Взгляд доктора на те времена кажется мне более беспристрастным и потому более ценным свидетельством.
  Елена Турбина — сестра. Она сердце семьи, центр мира в безумном мире. Плотные бежевые шторы их квартиры ограждают их от внешнего мрака жестокого мира.
  Николка Турбин - младший брат, кадет. В его портрете — судьба всех кадетов того времени. Бедные, несчастные мальчишки! Брошенные на убой бездарными офицерами.
  Лариосик — совершенно потерявшийся в жизни интеллигент. Добрый, неловкий, желающий всем помочь.
  В отличие от пьесы, в романе есть второстепенные герои, которые делают произведение и более комичным, и более драматичным. Например, возлюбленные дамы братьев Турбиных. Даже в такое время и в таком мире находиться место для Любви.

  А еще есть персонаж, совершенно невозможный в пьесе, но занимающий основное место в романе — город Киев, лучший город на земле. Вот что пишет о Киеве автор в своих путевых заметках,
  

  
  Весной зацветали белым цветом сады, одевался в зелень Царский сад, солнце ломилось во все окна, зажигало в них пожары. А Днепр! А закаты! А Выдубецкий монастырь на склонах! Зеленое море уступами сбегало к разноцветному ласковому Днепру. Черно-синие густые ночи над водой, электрический крест Св. Владимира, висящий в высоте..
  Словом, город прекрасный, город счастливый. Мать городов русских.
  Но это были времена легендарные, те времена, когда в садах самого прекрасного города нашей Родины жило беспечальное, юное поколение. Тогда-то в сердцах у этого поколения родилась уверенность, что вся жизнь пройдет в белом цвете, тихо, спокойно, зори, закаты, Днепр, Крещатик, солнечные улицы летом, а зимой не холодный, не жесткий, крупный ласковый снег...
  ...И вышло совершенно наоборот.
  Легендарные времена оборвались, и внезапно, и грозно наступила история. Я совершенно точно могу указать момент ее появления: это было в 10 час. утра 2-го марта 1917 года, когда в Киев пришла телеграмма, подписанная двумя загадочными словами:«Депутат Бубликов».
  Ни один человек в Киеве, за это я ручаюсь, не знал, что должны были обозначать эти таинственные 15 букв, но знаю одно: ими история подала Киеву сигнал к началу. И началось, и продолжалось в течение четырех лет. Что за это время происходило в знаменитом городе, никакому описанию не поддается. Будто уэллсовская атомистическая бомба лопнула под могилами Аскольда и Дира, и в течение 1000 дней гремело, и клокотало, и полыхало пламенем не только в самом Киеве, но и в его пригородах, и в дачных его местах окружности на 20 верст радиусом.
  Когда небесный гром (ведь и небесному терпению есть предел) убьет всех до единого современных писателей и явится лет через 50 новый, настоящий Лев Толстой, будет создана изумительная книга о великих боях в Киеве. Наживутся тогда книгоиздатели на грандиозном памятнике 1917—1920 годам.
  Пока что можно сказать одно: по счету киевлян, у них было 18 переворотов. Некоторые из теплушечных мемуаристов насчитали их 12; я точно могу сообщить, что их было 14, причем 10 из них я лично пережил.
  

  
  Действие романа «Белая гвардия» происходит во время очередного переворота от 14 декабря 1918 года, когда Петлюра вытеснил из города немцев и гетмана. И до февраля 1919, когда Петлюру вытеснили большевики. Автор хотел бы написать продолжение, жизнь Турбиных при большевиках, но это уже было невозможно. Ведь и концовка «Белой гвардии» вышла только после развала СССР. В конце романа есть только намек, что те петлюровцы, которые истребляли офицеров, потом вдруг стали большевиками. А как же так, они же вроде как враги друг другу?

  Мне не просто понравился этот роман. Он имеет для меня огромную ценность. Как свидетельство событий того темного времени. Чем больше читаю о революции и гражданской войне, тем меньше понимаю. И так важно для меня знать, что и участники событий ничего не понимали! Одно я пока поняла, что катастрофа началась не в семнадцатом, а летом четырнадцатого года. И дальше все нарастало, как снежный ком. Нам кажется, самый страшный год — 17й, а вот Булгаков пишет, 18й был еще страшнее, а 19й еще хуже. И конца этому падению не видно.
  Если бы я верила в инопланетян, я бы легко приняла версию, что летом четырнадцатого года землян заразили бациллой ненависти. А дальше стали наблюдать кровавый спектакль, более грандиозный, чем битва гладиаторов. Особенно «хорошие результаты» эта бацилла дала на гражданах российской империи. Ненависть не утихала здесь многие и многие годы. Зараженным не важно было кого убивать, главное, не останавливаться.
  Булгаков верно говорит, что он «мистический писатель». У него очень здорово передана атмосфера города Киева в то темное время. Атмосфера мрака, неясного тумана. И квартира Турбиных, за плотными бежевыми шторами, это тихий островок света во мраке ночи.

  12 понравилось

  267