Рецензия на книгу

• 

  SonRazuma18 сентября 2017 г.

  Я не пишу, как правило, рецензии на современные книжки из магазинов, а только на те, что можно получить бесплатно или освободить у пиратов. Вот если автор пришлет мне бесплатно свою книгу, я прочитаю и обязательно напишу бесплатную рецензию, но платить свои деньги чтобы писать на нее рецензию и рекламировать чужой товар - не согласен.

  Все произведения мировой литературы можно условно разделить на две категории - те, что выигрывают от экранизации, и те, что проигрывают. В последнюю группу попадает вся классика и все что написано не для глупых. Попробуйте, например, перенести на экран Шинель Гоголя или язык Мертвых Душ. Конечно, бывают исключения, среди которых нельзя не вспомнить Мастера и Маргариту в постановке Бортко, да и то с оговорками, но в любом случае, хорошая книга обязательно что-то теряет, даже при самой хорошей экранизации.

  «Сосны» имеют то безусловное преимущество перед классикой, что от экранизации они только выигрывают. Острый, динамичный сюжет, травмированный герой, который убегает навстречу смертельным опасностям и приключениям из больницы, где его лечат, и никто его насильно не держит, красоты природы и полный саспенс от того, что никто никому ничего не объясняет - все это так и просится на экран. В качестве источника вдохновения автор в одном из интервью назвал Твин Пикс. Думаю, он явно не договорил - влияние сериала LOST на роман очевидно. Герой, который оказался в раю, постоянные непонятки от недоговоренностей и попыток утаить правду от других, отскоки в прошлое героя, мотив пыток во время войны в Ираке - это все прямиком перекочевало сюда из LOSTа.

  Отдельного упоминания заслуживают ляпы повествования, которые, как ни странно, добавляют книге интеллектуальности, поскольку позволяют читателю поработать головой чтобы сообразить, кому тот или иной ляп принадлежит - автору или переводчику. Переводчиков в романе было несколько, хотя на обложке фигурирует только одна фамилия. Один из переводчиков, наименее компетентный, получил вторую главу в качестве тестового задания, которое провалил. Концентрация переводческих перлов как раз наибольшая во второй главе. Остальные главы достались другим соискателям, квалификацией повыше, которые завершили коллективный труд, в котором автор тоже отличился. Переделывать вторую главу издательство ЭКСМО не захотело – чего стараться, перевод-то сделан, а читатель схавает и это. Так и осталось.

  
  Ходьба давалась с трудом, и на полпути через второй квартал он скривился, совсем запыхавшись; боль в ЛЕВОМ боку заставляла то и дело останавливаться.

  Через несколько страниц читаем:

  
  Стараясь идти ровно, не горбясь, но все-таки невольно оберегая ПРАВЫЙ бок от сотрясения ребер, он направился к их оградке.

  С этих слов начинается саспенс. Главный герой проявляет свои неожиданные пластические качества, а его проблемы возникают то слева, то справа. Тут постаралось творческое воображение автора, переводчик пока ничем помочь не может.

  
  Я ваша девушка. Кстати, зовут меня Пэм

  Разумеется, ни одна медсестра в больнице не скажет больному, пришедшему в сознание, при первом же знакомстве: «Я ваша девушка». Автор явно намекает на какие-то отношения между персонажами, неизвестные пока читателю. А может, переводчик не знает слова «сиделка»? Саспенс нарастает – сплошные загадки.

  
  Доктор Миттер сможет просветить вас лучше моего, но вы получили сотрясение мозга; теперь оно купировано

  Вот теперь все становится ясно – эта «девушка» не имеет к медицине ни малейшего отношения. Сотрясение мозга никто не купирует, купируют только боль или приступ. «Доктор сможет просветить вас лучше моего» - вульгарная непрофессиональная речь. Автор мастерски нагнетает саспенс с помощью диалогов.

  
  Мне нужно позвонить ряду людей

  Прорезывается голос переводчика.

  
  Он просматривал Главную улицу навылет

  Опять громко и навылет заявляет о себе переводчик.
  

  
  
  Он думал о своих жене и сыне в Сиэтле, уповая, что они уже в пути

  Надежда оставила героя, остались одни упования.

  
  Насколько занят может быть персонал этой больницы посреди нигде?

  Это буйствует переводчик, а персонал занят может быть саспенсом посреди нигде.

  
  Остановившись в изножье кровати, она положила ладони на металлическую спинку.

  Саспенс переходит в триллер. Изножье - устаревшее слово для приставной части кровати - места для ног. Иными словами, сестра Пэм остановилась у ног пациента, а свои руки смогла положить на спинку кровати. Если считать, что длина кровати с изножьем – два метра, то длина рук сестры Пэм должна быть не меньше этого расстояния. Становится понятным, почему герой так хотел сбежать из этой уютной больницы.

  
  Мне надо сделать ряд звонков

  Ряд звонков ряду людей? Логично.

  
  Насторожил уши

  Вот же, собака.

  И т.д.

  Автор снова становится заметен только к концу:

  
  Сунув руку за сиденье, Поуп извлек АК-47 с круглым магазином на сотню патронов. Итан увидел, как он переключил предохранитель в положение стрельбы короткими очередями по три выстрела.

  Это фантазии автора о возможностях автомата Калашникова – такое положение предохранителя в АК не предусмотрено.

  В целом, из-за простого языка и увлекательного сюжета, книжка придется по вкусу подросткам 14-18 лет. Особенно она рекомендуется ученикам старших классов для чтения на английском языке – лексика не вызовет больших трудностей у начинающих изучать живой английский, и даже если содержание не понравится, она будет полезной.

  12

  242