Рецензия на книгу

• 

  Atenais15 сентября 2017 г.

  Мы с тобой пройдём по кабакам,
  Команду старую разыщем мы.
  А здесь, а здесь мы просто лишние.
  Давай, командуй, капитан!
  (Ю. Аделунг)
  Очень редко, когда продолжению удаётся быть не хуже первой вещи в серии. «20 лет спустя» - то самое счастливое исключение из этого печального правила. Более того, пожалуй, это любимая часть трилогии. Ну а как же: в первой откровенно жаль Констанцию, в третьей всё совсем печально, а здесь всё хорошо. Можно просто наслаждаться приключениями, любимыми мушкетёрами, мастерством Дюма.
  Ещё раз повторюсь, что мушкетёрская трилогия - это действительно хорошая литература, хоть и в развлекательном жанре. Главные герои психологически достоверны и не штампованы. И отношения героев друг с другом и со слугами строятся в соответствии с логикой их характеров, а не с авторским произволом. Не могут Базен или Планше жить в доме своих хозяев фактически на правах членов семьи как Гримо или Мушкетон, пардон, Мустон. Не может достигший осуществления своей главной мечты Базен отправиться к чёрту в пасть за своим уже не молодым Арамисом. Если бы Дюма написал так, это была бы глупость и неправда, но он никогда не делал таких грубых психологических ошибок. Поэтому и верят в его героев спустя полтора столетия.
  Исторической достоверности великий Дюма тоже не изменяет. На дворе Фронда - последний всплеск дворянской вольности, фактически уже не страшный и не серьёзный. Генеральная репетиция Великой Французской Революции, ещё не страшная и не серьёзная. Карманная оппозиция использует парижан в своих интересах, а парижане уже умеют строить баррикады, но ещё не умеют их защищать и ещё слишком верят в непогрешимость принцев крови. Суть эпохи, суть Фронды схвачена потрясающе верно. Также верны и портреты мушкетёров на фоне эпохи. То деление на пары, которое нам предлагает Дюма, единственно исторически достоверно. Портос и Д’Артаньян - незнатные, мелкопоместные дворянчики, младшие сыновья младших сыновей. Служба королю и выгодная женитьба - единственные доступные для них средства добиться чего-то в жизни. Поэтому они будут служить Мазарини, как и любому другому первому министру, потому что былую дворянскую самостийность настоящий кардинал порядком поприжал, и нет у них другого общепризнанного, а не оппозиционного господина. Арамис - представитель церкви, другой могущественной власти, и Атос - знатный граф, почти равный королю, выбирают Фронду, как движение, защищающее их былые привилегии против нарастающей абсолютной власти.
  Отдельное спасибо Дюма за прочувствованную речь Атоса, обращённую к Раулю, про взаимосвязанность королевской власти и дворянства - это чётко осознанная и чётко сформулированная классовая позиция высшего дворянства. И спасибо за его обморок на эшафоте Карла I: Дюма опять не стремиться в каждом из своих героев вывести на сцену себя, любимого, а пишет портрет человека определённой эпохи и определённого социального слоя. Не сыну же революционного генерала и участнику революции 1830 года в обморок от поругания святости королевской власти падать!
  Но больше всего я люблю всё-таки воссоединение мушкетёров, их воскресшие молодость и всемогущество. Великих дел, великих символов для дворян того времени не наблюдалось, войны мазаринистов и фрондёров не являлись войнами абсолютного зла с абсолютным добром - так что же делить мушкетёрам? Есть ли что-то в их жизни более крепкое и правильное, чем их дружба? Пусть же всегда их знаменем будет знамя бастиона Сен-Жермен - знамя героического человеческого всемогущества, пусть и приложенного к мелким личным делам.

  8

  890