Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Каштанка

А. П. Чехов

  • Аватар пользователя
    laonov15 сентября 2017 г.

    Но я другому отдана, и буду век ему верна...

    Веровать в бога нетрудно, в него веровали и Инквизитор, и Бирон, и Аракчеев. Нет, вы в человека уверуйте!

    Чехов

    Часть первая. Знаете чем экзистенциально страшен этот рассказ? Тем, что человечество смотрит на этот безумный мир так же наивно и грустно, как и дети, читающие об этой милой потерявшейся собачке и добром клоуне.
    И ведь смутно чувствуют они, что за всеми этими образами клоуна, собаки, кота, и прочей инфернальной одиссеи Каштанки, сокрыто нечто страшное, о чём не решаются признаться себе даже взрослые.

    Помните своё первое прочтение "Каштанки"?
    Вот вы одни в комнате на постели. Грустные сумерки, словно спасаясь от кого-то, перелезают сквозь окно, пугливо и кротко, на цыпочках, подходят к постели, доверчиво смотрят нам в глаза, нагибаются, прокрадываются под кровать, и там, свернувшись в тёмный, дрожащий комочек, замирают..
    Как страшно было посмотреть под кровать!! Наберёшься смелости, заглянешь, а там на тебя смотрит темнота, моргая живыми огоньками чьих-то глаз : 2, 4... Ну, допустим, одна пара глаз - моего кота. А другая ? Жуть!!
    Дверь тяжело закрывается, словно вздыхая о чём-то, и ты остаёшься один в темноте. Ты вспоминаешь милые и грустные образы из Каштанки, но словно во сне, когда подходишь к окну с паутинкой трещинки в уголке, чувствуешь, что это не просто трещинка.
    Оборачиваешься, а на тебя смотрит клоун. Ты потерялся во сне и в жизни, ты просишь его помочь, просишь дать тебе то, что нужно для жизни, без чего ты задыхаешься... и вот, улыбаясь, он даёт тебе гусиное перо. Ты почему-то этому безумно рад, тебе дышится легче... и вдруг, переведя взгляд на окно, видишь, как оно покрывается трещинками, они ветвятся и жутко переходят на стены, пол и даже тусклый воздух, они крадутся к тебе, касаются тебя... и тут ты спасительным жестом поднимаешь перед собой заветное перо, и.. мучительно сознаёшь, что это просто пыльное перо, которое превращается в изглоданную алую кость. Ты просыпаешься весь в холодном поту, словно бы плакало всё твоё тело. Просыпаешься, крича о какой-то собаке, гусе и жутком кинговом клоуне, ибо все эти образы - ложь, словно верхушки айсберга, скрывающие за тёмной рябью строк - иное.

    Иллюстрация Д.Н. Кардовского

    Дальше...

    Часть вторая. Итак, этот кошмарный рассказ - апокриф о блудном сыне, ( на что намекает хозяин Каштанки - Лука) которому уже не к кому прийти, ибо бог - умер. Рассказ о сошествии не души человеческой, но всей жизни - в ад, и её мытарствах в 7-ом круге Дантова Ада, словно в 7-ом дне творения, когда боги и ангелы, устав от непривычных трудов, уснули, и человек остался в первую ночь лицом к лицу с темнотой ночи над собой и в себе.
    В этом кругу ада полулюди-полузвери терзаются грехами, потеряв образ и подобие божие, терзаются злыми псами, да и псы терзают себя сами.
    Мыслители раннего Возрождения считали, что человек пребывает где-то между животным и богом. Он может возвыситься до нечто ангелического, а может и пасть до нечто животного, потворствуя животным страстям.
    Для многих вечное возвращение Ницше бледно сужается до удавки одного повторяющегося дня, в котором человек, словно дрессированный, делает одни и те же поступки, ходит в одни и те же места, чувствует одни и те же мысли... кольцо дня темно сжимается на сердце, шее... и жизнь задыхается, кончает с собой, но бессмертная душа продолжает жить в мёртвой жизни.

    "Если бы я была человеком - размышляет потерявшаяся в темноте Каштанка, - то подумала бы : Нет, так жить невозможно! Нужно застрелиться!"

    Но самоубийство животного это слишком даже для Достоевского. Правда, у Андрея Платонова такое встречается...
    Кто-то просыпается в этом безумном круге ада Замзой-жуком, а кто-то - Каштанкой.
    Не смейся, читатель и не печаль бровей. Разве ты не узнаёшь себя в Каштанке?
    У Толстого в "Карениной" есть изумительный момент : Вронский, желая покончить с собой, стреляет в себя, но не смертельно, падает на пол, и новым, трагически-детским взором маленького, бесконечно ранимого человека смотрит на большой и грозный мир, на нечто такое, что мешает душе стать большой... на стол с большими ножками снизу, на грозные, высокие лица людей, высокое, бледное небо потолка...

    Часть третья. Каштанка - родная тётка Шарика из "Собачьего сердца", состоящая в прямом родстве с карамазовской собакой "Перезвоном".
    Каштанка жила у пьяненького столяра Луки и его сына Федюшки.
    Федюшка любил играть с Каштанкой в "колокол", вызванивая на собаке дёргая её за хвост. Словно смазанное литературное эхо карамазовского Илиши, бросившего собаке хлеб с иголкой, Федя привязывал к ниточке мясной или хлебный шарик, давал его Каштанке, и потом вытаскивал его из желудка несчастной собаки за ниточку ( мучительный сон Илюши!!).
    Но однажды, идя с Лукой по вечерней улице, над которой грустно склонились гелиотропы тусклых фонарей, и слушая пьяные речи Луки о Плотнике, о том, что все мы родились во грехе и потому после смерти попадём в Геенну огненную, Каштанка потерялась, испугавшись шедших с громкой музыкой солдат.
    А может, пьяный Лука, упав в канаву, испустил дух, грустной собакой отправившись в ад...
    Во всяком случае, в кафкианских декорациях тихо сеющегося снега, словно пепла и звёзд, падших с небес, Каштанку и мир заметало звёздами, и всё бы кончилось плачевно, если бы её не подобрал странный, безымянный человек в чёрном, от которого пахло конями а̶п̶о̶к̶а̶л̶и̶п̶с̶и̶с̶а̶.
    Он добрый, он утоляет голод собаки косточками и хлебной коркой, и словно улыбчивое эхо Великого Инквизитора, пленяет душу и жизнь, беря себе всего-лишь свободу и волю, душу, давая взамен сытое счастье.
    Он циркач, и темнота в его доме порой улыбается зловещей, алой улыбкой клоуна.
    У него живут кот Фёдор Тимофеевич( тень Федюшки и забавная отсылка к деду Достоевского : его смерть - первая встреча маленького Достоевского со смертью), гусь Иван И̶л̶ь̶и̶ч̶ Иваныч и почти цирцеева свинья.
    Улыбчивый инквизитор строит из них живую египетскую пирамиду - символ плена души и Вавилонской башни. Собачка счастливо ходит на двух ножках - гротеск человеческой жизни...
    Разыгрываются забавные сценки с колоколом, пистолетом, пожаром ( все эти жуткие тени уже были в жизни Каштанки, - страх пожара в доме столяра, что наводит на мысль о сне во сне, о сращивании кругов ада для человека и природы, ибо в ад цивилизации человек увлёк за собой и природу).

    Гусь, умиравший в игре столько раз, однажды умирает по настоящему, в темноте, и тогда кажется, что кричит и стонет сама темнота, и в комнате появляется некто без имени и образа, кого нельзя укусить, и он в любой момент может подойти. Это - смерть. Это тёмное приближение абсурда смерти описано так, как не могли описать и экзистенциалисты ( в этом смысле хорошо сравнить смерть гуся и смерть Гусева из одноимённого рассказа Чехова).
    Вот тебя что-то касается в ночи жизни, а пугливое, слепое сердце, не знает что это, жизнь, или смерть. От этого же можно сойти с ума!
    И только экзистенциальный кот, пьяный от усталости жизни, смотрит на этот ад посторонне, ему почти всё равно, но и он пугается смерти в комнате, и когда просыпается, даже не открывает глаза..
    Каштанка тоже пугается, и ей снятся кошмары : Федюшка покрывается шерстью и превращается в пса... Собаке снится расчеловечивание человека, ей пророчески снятся шариковы революций всех времён...
    Это смирение со смертью и своей участью, пленом души. Это прорастание всем тёмным корневищем вен и души, в смерть : вот выцветшие и грязные цветы на обоях, вот паутинка за шкафом ( она столь же страшна как и пауки Достоевского на том свете!!), вот косточка в пыли... Вот и весь человек, слившийся с адом, живущий тем, что не является жизнью.
    Так почему Каштанка, которую Лука и Федюшка увидели на арене цирка ( добавочный, восьмой круг ада), выбрала их, жестоких и пьяненьких, а не выдрессированное и сытое счастье с клоуном?
    Может, она, как и многие из нас, выбирают эту пьяненькую, жестокую, но бесконечно милую жизнь, а не смерть и пулю в лоб, с дальнейшей одиссеей ласковой вспышки бреда рая и ада?
    Может, собака, всё милое зверьё - как сказал бы Есенин, - природа, наконец, словно падшие ангелы жизни - кто с рожками, кто с хвостиками, - порой верящие в человека больше, чем бог и сам человек верит в себя, своей лаской, даже в ответ на жестокость, не дадут человеку погрузиться в животное состояние, спасут его своим теплом, красотой и любовью?
    А вдруг, однажды раздастся голос с неба ли, с земли ли, того, кто однажды умер? Но как мы во тьме нашей жизни узнаем кто это? В конце концов, и темнота может жутко рассмеяться на все наши мольбы и мечты.

    25
    1,2K