Рецензия на книгу
Доктор Живаго
Борис Пастернак
likasladkovskaya27 августа 2017 г.Революция глазами влюбленных
Я знал двух влюбленных, живших в Петрограде во время революции и не заметивших её.
Б. ПастернакЯ читала и сердилась. Буря в стакане воды. Жизнь маленького человека. Искусство "малых голландцев". Революция...от слова реветь. Однако книга, пусть чисто биохевиристически, вызывает реакцию. В качестве стимула - неприглядные герои, взрощенные Эгом автора, реакции - чистый сенсофизиологизм Вячеслава Гука - "обнять и плакать".
Жил-был, как Вы догадались, доктор, звали его Живаго, Юрий Андреевич Живаго, помимо доктора, жили-были Лара, Тоня, Паша и другие лица, не столь примечательные. Доктор Живаго любил себя, свои мысли, свои стихи, свою любовь к женщинам и свою доброту. Кстати, тому самому доктору принадлежат строки "Свеча горела", появившиеся во время испытания им чувства любви, малость неприглядного, впрочем, как и сам доктор.
И жила-была революция, вскормленная неглупыми людьми, но питающаяся затем людьми всякими, вследствии того, что раздобрела, наслушалась лозунгов, славословий и пустомелия, и обрела аппетит.
Юрий Андреевич, как подобает маленькому человеку в таких случаях, раздвоился: нос учуял бунинское новое дыхание и, второпях, забросив личное, убежал любоваться зарождением новой жизни, в то время, как остальные органы Юрия Андреевича, любили вещи более приземленные, хоть и не лишенные поэтизма: семью, женщин, письменный стол.
Тварь, покуда жизнь хватает,
Донести хребет должна.
О. МандельштамЭта книга хороша тем, что демонстрирует революцию в непривычной системе координат. Без фанфоронства, солдатского восхищения, гиперболических вздохов, градации в описании ужасов становления нового порядка. Она про тех, кто не "просит бури", напротив, желая тихой жизни и покоя, кто любит по мере сил, эгоистически здоров, альтруистичен не в ущерб себя.
Что ж, люди всякие нужны...
252,1K