Рецензия на книгу

• 

  shulzh10 августа 2017 г.

  Парадоксальная проза Юрия Нагибина

  
  Читаю сборник повестей Нагибина «Ты будешь жить». Книга 1974 года издания, моя ровесница, однако в отличие от меня она гораздо лучше сохранилась. Сам автор - человек очень странной творческой судьбы, ему каким-то образом удалось быть любимым и у власти, собирая госпремии и огромные тиражи, но так же его любили и читатели. И проза его тоже пестрит парадоксами. Мне нравятся его необычные финалы, когда он развязку истории переносит в будущее, перепрыгивая иногда через несколько десятков лет.
  Мне у него интересны две темы. Это тема взросления, когда вчерашние подростки вдруг становятся взрослыми. И тема, раскрывающая проблему творчества, про муки творчества и все, что с этим связано.
  Тема детства:
  Рассказ «Яннька».
  Странный мальчишка- сирота, оставшийся без родителей, попадает в Москву и рассказывает своим сверстникам о ночных кошмарах, которые мучают по ночам, оставшегося в одиночестве без матери и отца. Но дети видят в этих рассказах только прикольные страшилки. И только через 40 лет, главный герой рассказа понимает, о чем рассказывал тогда маленький Яннька.
  Рассказ «Капельное сердце».
  О пацане, который струсил и сбежал один раз в детстве, а потом так и бегал всю оставшуюся жизнь.

  Тема творчества:
  «Машинистка на шестом этаже»
  Безногий инвалид, который всю жизнь писал в стол... а потом начинается война, он умирает от холода и голода, а его рукописями топят печку. Он писал это для себя, у себя в каморке годами складывая слова в цепочки, и все это так и осталось только с ним и ушло с ним. Ну а тепло от сгоревших слов может кого-нибудь и спасло.
  «Немота»
  Очень красивый рассказ о том, как у писателя вдруг иссякает способность творить, способность облекать то, что видят глаза, в словесные образы, давать яркие и точные имена явлениям и человеческим характерам

  цитаты:

  
  И был миг, когда я отчетливо видел их - высоченные, выше самых высоких деревьев, бледные фигуры с седыми бородами до земли и черными ямами глазниц. Они выдвинулись из-за сосен и стали меж них, лунный свет, просеиваясь сквозь туманную наволочь, подтверждал несомненность длинных рубах- саванов, шевелящихся в бороде волос, мерцания глубоко запрятанных в бороде волос
  
  

  
  "Пас корову Юра. Он не всегда следовал наставлениям матери, где можно было пасти, а где нельзя. Случались среди запретных мест лесные лужки и вырубки с пышным разнотравьем, сухие болота с сочнейшей косчей травой, куда не пробраться с косилками и без выгоды посылать малочисленных колхозных косцов, так что же — задаром пропадать богатым кормам? И Юра гнал туда Буянку. Он был на редкость и на радость послушный мальчик, но только до тех пор, пока видел разумность тех или иных запретов.

  Буянка платила привязанностью своему отважному пастуху. Когда их заставал на пастбище ливень, Юра забирался под брюхо Буянки, громадные вздутия боков надёжно защищали от секущих холодных капель. Случалось, он засыпал под хлёст дождя, раскаты грома и вспышки паучиц-молний, и Буянка стояла не шелохнувшись, чтоб не повредить спящего под её чревом мальчика.

  Существует легенда, что основателей Рима — братьев Ромула и Рема — вскормила волчица. Не счесть её изображений в столице Италии в бронзе, мраморе, граните. Какого же памятника заслуживает добрая русская корова, вспоившая своим молоком прекраснейшего сына нашего века!.."

  11

  939