Отзывы о книге Анафем
Kaia_Aurihn31 июля 2017Философия vs. Сюжет
Прекраснее звёздного неба над нами только универсум логики внутри нас. (проф. Абронзиус "Бал вампиров")Если Нил Стивенсон "не совсем сумасшедший, если захотел написать роман о платонизме", то я уж подавно, если этим романом восхищаюсь. Мне было неловко пересказывать своим знакомым сюжет: "ну, там... инаки (но не совсем)... в космосе (и не только)... борются (и ещё думают) с пришельцами (наверное)... " - настолько примитивно звучало то, что нельзя передать словами. Наверное, это было чувство сопричастности. Когда на каком-то метауровне мне открылся величественный фундамент философской мысли, когда на моих глазах начал складываться теглон.
Чуть-чуть слышала о древнегреческих философах и эйдос не пустой звук, довольно усиленно знакомили с разделами мат.анализа и физикой, есть представление о постапокалипсисе из фантастики. Обычно эти знания существуют в разных пространствах: расчёты и техника не стыкуются с историческими справками, а худ.лит. вообще отодвигается в категорию необязывающих развлечений. Но. Ничего из этого не достаточно. Довольно для понимания контекста беседы, но всё же краем уха там, краем уха здесь... И из такого полузнания рождается многоухий зверь и иная фантастическая реальность. "Анафем" - напоминание, как мало ты знаешь, мощный призыв углублять свои знания до слияния всех оторванных островков в единую картину мира.
Вот только нашему мозгу нужна конкретика. Не получается просто думать о числах и понятиях самих по себе (математики с этим поспорят, но речь не про механический подсчёт, а про творческий интеллектуальный процесс. Даже х и у в процессе решения обретают некоторую материальность преобразуемого пространства). Чтобы понять сложную задачу, человеку нужен ароматный пирог или летящий снаряд, хотя бы воображаемый. И тут на помощь приходит фраа Эразмас. Живое эмоциональное вовлечение в абстракцию.
Итак, на некоей планете Арб времена после падения высокотехнологичной цивилизации. Учёные загнаны в монастыри-матики, где в строгой аскезе занимаются разрешёнными задачами: под запретом мирские приспособления (т.н. праксис), ядерная физика, генетика. Выйти в город они могут лишь раз в 10 лет (в аперт). Внутри матика сложная иерархическая система, деление на ордена, научные школы и вообще всё запутано. За пределами матиков (экстрамурос) неграмотное население с крутыми гаджетами, политика, производство, массовая культура - запутано, но не больше, чем у землян XXI века. Фраа Эразмас - юноша на кануне своего первого аперта. Люди вокруг: наставник, друзья, начальники, недоброжелатели, равнодушные, сестра - в общем, вокруг ещё случаются люди! Телескоп наставника Ороло замечает что-то необычное, и в привычный мир Эразмаса вползает Тайна.
Собственно, вся книга и посвящена разгадке этой Тайны. Хотя первая треть романа совершенно не увлекает и в ней много лишнего, стоит перетерпеть. Невольно возникает ассоциация с "Собором Парижской Богоматери": архитектура яростно борется против интересного сюжета. Стивенсон описывает камни, башенки, лесенки, распорядок дня, снова стены и камушки... И только когда в мире не останется ни одной не упомянутой колонны, начинается само действие. Зачем это мучение? Наверное, для создания Образа: картинки, представляя которую, всплывает одно слово. Часы с системой гирь и алтарём - Анафем. Неправильная восьмёрка-аналема на каменном полу - Анафем. Стла, хорда и сфера - Анафем.
А интересно станет потом. Махровая философия тоже бывает увлекательна! Странствие через льды и пески, разнообразие людей и способов передвижения, созерцание и реальная опасность... На таком фоне не могут удержаться старые культурные установки. Сперва сочетание средневековья и космоса казалось мне кашей. Будто все приключения навязаны исключительно, чтобы проиллюстрировать очередной диалог умерших мыслителей. (Во многом так оно и есть. Не стоит обольщаться.) Но потом я присмотрелась к главному герою. Фактически от средневековья с натуральным хозяйством он постепенно идёт к эре космических полётов. Да это же аллюзия на внутренний рост героя! Ведь сам Эразмас в конце книги - совсем не тот молодой неофит, говорящий с чужих слов.
А может, он тот же в рамках своего повествования, а я изменилась. Фраа и суур волнует то, на что другие не обратили бы внимания, но они пропускают неразрешимую пустую суету, область их точек зрения привлекательна и непривычна. Долгое воздействие такого параллельного мира сдвигает приоритеты. Нет препятствий между научным знанием и материальной составляющей: как крутейший смартфон не приблизит к понимаю электричества, так и вычисления на коленке могут вывести на нобелевскую премию. Нет интеллектуального превосходства между "физиками" и "лириками", теориками и практиками... Нет препятствий для приложения ума к теории, к технике, к быту и к морали...
Для желающего думать препятствий вообще нет.
10 понравилось175
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым