Рецензия на книгу

• 

  Yu_Takashim

  31 июля 2017

  Впечатления в сослагательном наклонении

  История его не терпит, но это не история.
  

  Если бы я была ярым ценителем фантастики, то предоставила бы великое множество параллелей с другими книгами, где схожие события или метод изложения имели бы лучшую/худшую реализацию.

  Если бы я разбиралась в астрономии и астрофизике, то смогла бы по ходу прочтения оценивать, так ли далёк космос Стивенсона от того, в котором пребываем мы сами. А заодно и то, насколько глубоко проник автор в тайны космологии.

  Если бы я была математиком, хитрые теоремы и измерения не выглядели бы для меня эдакой ажурной лепниной на стенах архитектурного шедевра – штукой красивой и замысловатой, но совершенно нефункциональной.

  Если бы в недрах философии я чувствовала себя как рыба в воде, я бы сравнивала умозрения ярчайших представителей различных концентов с реальными философскими теориями, и аплодировала (или нет) осведомленности автора.

  Если бы полчища неизвестных слов ввергали меня в страх или смятение, с «Анафемом» пришлось бы проститься еще на первых страницах.

  Если бы многостраничные (многословные, многобуквенные и т.д.) талмуды отталкивали от себя одним своим внешним видом – смотри пункт выше.

  Если бы читательская придирчивость взяла верх, я бы посетовала на недостаточно хорошо выписанных персонажей, долго разворачивающийся сюжет, «сложности перевода» и пр.

  Если бы моё творческое начало было очень развитым, я бы написала этот отзыв в стихах, да еще с приложением в виде космических пейзажей, срисованных с тех самых табул, или попробовала бы запечатлеть гуляния в дни аперта, распахнутые ворота матика, инаков снующих по коридорам с толстенными фолиантами в руках, или возделывающих клусты, или способы завязывания стлы и пресловутую сферу(как же, черт возьми, она выглядит?). Или даже создала бы точные чертежи различных механизмов. Зря что ли подобным тонкостям уделяется столько внимания/страниц/времени (здесь предлагается выбрать тот способ измерения объема, который будет наиболее нагляден).
  Недаром Арсибальт столько мучился с Протесовой мухой, летучей мышью и червем, каждый из которых воспринимает окружающий мир с помощью зрения, слуха, или тактильной чувствительности в отдельности.
  

  
  — Наш мозг — мухи, летучие мыши и червяки, объединившиеся, потому что вместе им лучше. Эти части мозга постоянно разговаривают между собой. Беспрерывно переводят то, что воспринимают, на общий язык геометрии. Вот что такое наш мозг. Вот что такое осознание.

  Наделенный лишь перегруженным словесным эквивалентом событий и явлений, читатель тратит много времени на интеграцию информации, подключая все что угодно, вплоть до воображения. А ведь он определенно не тысячелетник, и даже не деценарий…

  Если бы «Анафем» был книгой с полки в библиотеки концента, а я какой-нибудь суурой, я бы предложила этот труд для ознакомления и оценки посредством весов Гардана -
  

  
  логический инструмент, гласящий, что при сравнении двух гипотез предпочтение должно отдаваться более простой.

  Очевидно, что сложность языка и теорий потянут чашу далеко вниз, однако весы Гардана были и остаются всего лишь логическим инструментом.

  14 понравилось

  326