Рецензия на книгу
Синдром Петрушки
Дина Рубина
Artistka_blin25 июля 2017 г.Я открыла книгу и вздохнула с облегчением - человеки, наши человеки, наконец-то я могу сопереживать героям после оголтелых последних книг. Начало и финал были сильными. Середина … рассказ о кукольнике, его семье, о Лизе - девочке с кукольной внешностью и непростой судьбой. Отдельный персонаж - Эллис, она не кукла, она живая, у нее отдельное место в душе Пети, ее любят, к ней ревнуют. Она, послушный прототип Лизы, но без ее запаха, а также без ее капризов, плохого настроения. И, конечно, доктор - главный наблюдатель, сопричастный ко всей истории.
В этой книге всё неслучайно. И стержень, на который нанизывается остальное - призвание Петра, его проклятие и увлечение на всю жизнь, его воздушное пространство. Он - посредник между куклами и миром. Роковая увлеченность Лизой, девочкой-куклой, с кукольной болезнью. Мы в ответе за тех, кого приручили, а в данном случае и воспитали, вырастили. Нет, судьба Лизы изначально предопределена, с такими темными семейными закоулками не найти ей счастья нигде, как подле Петра. С первой главы и до последней я наблюдала исступление, предопределенность. И счастье по левую руку, несчастье по правую. Мистические тайны вплетены в кайму повседневности Лизы и Петра, родовые проклятия и родовые куклы им противостоящие. Гений кукольника, оживляющего неживое. А живую Лизу, превращает в марионетку, всегда привязанную нитью к ваге в его пальцах.
Отточенность таланта и мастерство Рубиной для меня, безусловна. Она вдохнула искру творца в персонажей, наделила их колоритом, они обросли плотью, получили свое место во вселенной. Ее история не только о людях. О городах, о временах. Перед нами проходит калейдоскоп из разных мест: Сахалин, Прага, Львов, Израиль. История получилась с налетом несовременности. Уходящее в небытие ремесло, канувшие в лета ярмарки и балаганы. А также времена, эпохи, персонажи. Чего только стоит рассказ о Львове из под пера Рубиной, европейская буржуазия, сменившаяся советской индустриализацией; целое население, выселенное и растворившееся за пределами города и замененное совершенно другими людьми. Город, с богатой историей, постоянно обреченный быть передаточным знаменем из одних рук в другие.
Для меня повесть оказалась скорее притчей, грустной сказкой о кукольнике и его куклах. С заявкой на надежду, на просвет вдалеке.В своей империи он был могуществен и абсолютно счастлив. Самый счастливый властелин самой счастливой из всех когда-либо существовавших на свете империй. Его несчастливость в реальной жизни, его неизбывная, неутоленная любовь к единственной женщине в эти минуты и часы полностью исчезали, едва он вступал под своды своего рая (так декорации гаснут во тьме перехода к следующей сцене спектакля), под картонные кроны знойных пальм, под бисерные радуги фонтанов, под акварельные позолоченные облака…
Он танцевал…
Почему именно эта немудреная музыка так больно, так обнаженно и беспощадно повествовала о нем, о Лизе, об их любви; о той душе, что была взята на службу, и о другой, что не смирилась с отражением; а еще о той новой душе, что сейчас лишь готовилась прийти в мир, но уже была победителем…
…
Он танцевал… в забытьи, с отрешенным лицом, двигаясь так, будто и сам он – всего лишь воздух, уплотненный в плоть, всего лишь божья кукла, ведомая на бесчисленных нитях добра и зла. И, прошивая сердце насквозь, от головы его тянулась в небо бесконечная золотая нить.
Что ж, он рад был этим номером как-то скрасить грандиозное одиночество Творца.
Он и сам поработал здесь на славу, он на совесть служил, а теперь не прочь оборвать по одной эти нити, до последней, единственной золотой, на которой вздел бы себя над мостом, даже если б не долетел до неба, а только рухнул в оловянные блики волн….15134