Рецензия на книгу

• 

  serenada112 июля 2017 г.

  В общем достаточно добротное исследование – автор серьезно работал с архивами, в т.ч. с ранее не исследованными, вел довольно плодотворную переписку с потомками Дантеса и т.д., т.е.явно «за базар отвечает». Не могу сказать, чтобы для меня лично имена, прозвучавшие в этой версии, стали большим откровением, но зато с интересом прочитала о многих частных подробностях и деталях, которые могут помочь при иных обстоятельствах сложить в голове общую «картинку». Однако выводы, которые делает Ласкин, лично для меня не всегда убедительны. Так его попытки объяснить известную непримиримую ненависть Полетики к Пушкину её «ущербным» положением в петербургском свете в контексте незаконности её рождения, выглядят, мягко говоря, притянутыми за уши и при ближайшем рассмотрении просто не выдерживают никакой критики. Темная роль семейства Строгановых в истории с дуэлью и смертью Пушкина в целом не вызывает сомнения, но вот в частностях версия, предложенная Ласкиным, тоже не очень правдоподобна. Т.е. все эти старания, усилия (иногда довольно рискованные), существенные затраты и т.д. только лишь для того, чтобы покрыть факт нелицеприятного участия их непризнанной дочки Полетики (пресловутое свидание Натали с Дантесом)? Не знаю…Отчего же тогда, если потом все у них так хорошо сложилось, такая неприязнь к Пушкину – уже мертвому – и его семейству? Ведь преследовались исключительно конкретные сиюминутные цели…Да и как конкретно они могли помешать распространению этой информации, просто присутствовав при умирающем Пушкине? Ласкин совершенно справедливо указывает на весьма подозрительное поведение графини Строгановой и самого графа, только мотивы, которые ими руководили, как-то не понятны в его изложении.. Лично мне кажется более правдоподобным объяснение этих эскапад , предположенное Мрочковской -Балашовой-, – вот если бы они искали кое-что весьма вещественное и конкретное, к чему отношение имели бы даже не просто их «левая» официально так и непризнанная дочура, а уже вполне законные дети, и если бы этот некий артефакт бросал бы тень на весьма высокопоставленную особу, то тогда «убиться об стену» и изъять из бумаг Пушкина этот документ до того момента, как бумаги будут описаны жандармами или изучены его друзьями, действительно стоило бы.

  Стопроцентная убежденность автора, что в известных письмах Дантеса к Геккерну, опубликованных в середине прошлого века Труайя, описана в качестве «прекрасной возлюбленной» именно Полетика , остается на совести автора. Однако, надо признать, что некоторые аргументы, приведенные им в качестве подтверждения этой своей уверенности, небезинтересны, а иногда и очень-очень серьезны. Хотя, как верно замечал потомок Геккернов-Дантесов , даже если это и так, сам по себе этот факт отнюдь не означает, что к Натали Дантес был абсолютно равнодушен, на чем настаивает Ласкин.

  Очень подробно , прям «под лупой» автор рассмотрел пресловутую «придворную камарилью», на злословие и интриги которой «в деле Пушкина»так много указывалось уже практически сразу после его смерти. Хотя, называя конкретные имена, автор, как это бывало свойственно идеологии «советской эпохи» , слишком однозначно расставляет акценты, рисуя картину только двумя красками черной и белой. Подлецы кругом абсолютно все, с разницей лишь только в степени подлости , зато в соответствии с этой же советской идеологией, сам Пушкин показан абсолютно беспомощным, безответным, практически святым существом. Также, как и его жена. Кроме того, рассматривая саму дуэль, Ласкин как будто бы обособляет её из контекста обстоятельств жизни Пушкина как таковой и его творчества, что, на мой взгляд, не совсем корректно.

  Зато большой заслугой является тщательнейшее исследование жизни такой одиозной фигуры, как А.Трубецкой – этот простихосподи «Бархат». Да уж, такой прощелыга , жлоб и фальшимонетчик уже чисто психологически не может считаться «надежным источником информации» в деле составления жизнеописания Пушкина и в том числе дуэльной истории.

  Часть книги, посвященная Лермонтову, его отношению с Барятинским – этим вариантом Полетики в случае с Лермонтовым , и в частности стихотворению «На смерть поэта» мне показалась весьма неожиданной и заслуживающей внимания. Вообще книга написана довольно занимательно, читается легко, аргументы и ссылки на источники информации так и сыплются на каждой странице как из рога изобилия, хотя , на мой взгляд, вся эта масса информации подана несколько сумбурно, и в итоге логика этих многоречивых рассуждений часто страдает. Так, укоряя иных исследователей вопроса в голословных утверждениях, которых они просто требуют принять на веру, Ласкин сам иногда грешит этим.

  Тем не менее, данную работу безусловно рекомендую к прочтению. Вообще, всё это «дело о дуэли» кажется то ли каким-то гигантским айсбергом, из воды которого на поверхность выступает лишь малая часть, то ли каким-то погруженным во мрак сложным механизмом, у которого освещена только его парадная глянцевая поверхность, и лишь прочитав то или иное исследование, начинаешь потихоньку вглядываться в проступающие из мрака детали его «начинки». И в зависимости от угла освещения, эти детали смотрятся каждый раз по-иному. Так что, кому этот вопрос интересен, надо читать, читать, читать и думать.

  11

  372