Рецензия на книгу
Суча дочка
Валентина Мастерова
Nina_M4 июля 2017 г.Для мене показником гарної книги є те, чи думаю я про героїв, як про реальних людей. Я - думала. Вони навіть снилися мені. Ці герої були настільки реальні, що, здається, можна доторкнутися до них, поговорити, побачити сльози й посмішки на їхніх обличчях. А посмішок, а надто - сліз, було доволі.
Складна жіноча доля. Та ще важча, як засуджують, принижують і насміхаються. Саме таке на своїй шкірі відчула Олена. Через власну доброту жінка сповна спізнала, що то є - людський осуд. Та вона не могла інакше.
Вона хотіла бути щасливою й коханою. Тяжко працювала, з відкритим серцем йшла до людей. І мовчала. Таємниця народження старшої дитини стала її хрестом, під яким і з яким вона жила багато років. Кілька разів вона була на межі божевілля, та сила, гордість і - так хочеться вірити - правда допомогли вистояти.
Як на мене, це батьки, особливо батько, навчили її зігрівати тих, хто поруч. До речі, образ батька - мій улюблений в цій книзі. Неговіркий, справедливий, працьовитий та безмірно добрий. Так про батька, здається, писав тільки інший мій земляк - Олександр Петрович Довженко.Для тех, кто читает на русском
Для меня показателем хорошей книги является то, думаю я о героях, как о реальных людях. Я - думала. Они даже снились мне. Эти герои были настолько реальны, что, кажется, можно прикоснуться к ним, поговорить, увидеть слезы и улыбки на их лицах. А улыбок, а особенно - слез, было довольно.
Сложная женская судьба. И еще тяжелее, если осуждают, унижают и издеваются. Именно такое на своей шкуре почувствовала Елена. Из-за собственной доброты женщина в полной мере узнала, что это такое - человеческое осуждение. Но она не могла иначе.
Она хотела быть счастливой и любимой. Тяжело работала, с открытым сердцем шла к людям. И молчала. Тайна рождения старшего ребенка стала ее крестом, под которым и с которым она жила много лет. Несколько раз она была на грани безумия, но сила, гордость и - хочется верить - правда помогли выстоять.
На мой взгляд, это родители, особенно отец, научили ее согревать тех, кто рядом. Кстати, образ отца - мой любимый в этой книге. Неразговорчивый, справедливый, трудолюбивый и безмерно добрый. Так об отце, кажется, писал только другой мой земляк - Александр Петрович Довженко.211,5K