Рецензия на книгу

• 

  bastanall21 июня 2017 г.

  Скандалы и книги: расследование

  Ты узнаёшь, что стал великим писателем, когда от твоей фамилии начинают образовывать эпитеты.
  

  Для начала немного объективной статистики. Шнакенберг пишет о 41 человеке, из которых 12 женщин и 29 мужчин (неплохое соотношение). Писатели обоего пола располагаются в порядке старшинства (кто раньше родился, тот и молодец). Из XVII века — 1, из XIX — 15, а ещё 5 творили на стыке веков, оставшиеся 20 — из XX, хотя 4 из них умудрились дожить до века XXI (двое даже ещё живы). Русских — 2 человека, французов — 2 человека и 1 — Франц Кафка (немецкоязычный писатель еврейского происхождения, родившийся в Праге, которая на тот момент была частью Австро-Венгерской империи, ага). Остальные — либо англичане, либо шотландцы, либо американцы. Между прочим, обладателей Нобелевской премии — 6. Много внимания автор уделил освещению сексуальной ориентации, но подсчитывать гомо- и бисексуалов мне лень, как и лень проверять, много ли в книге психов, преступников и самоубийц (десяток точно наберётся). Причём писателей, хоть и великих, но проживших на взгляд Шнакенберга скучную жизнь, автор если и упоминает, то неизменно в шутливо-оскорбительном контексте. Хорошенькое представление о Великих Писателях, не правда ли?

  Далее статистика субъективная, не столь интересная, так что можете пропустить этот абзац. Но постараюсь кратко: из 41 человека я никогда не слышала о 4; из 37 знакомых имён произведения 15 авторов никогда не читала; из оставшихся 22 писателей биографии ровно половины давно изучила от корки до корки — собственно, по ним я и судила о достоверности фактического материала.

  Вызывает недоумение — вплоть до судорожного десятка вопросительных знаков в конце — то, каких писателей и почему Шнакенберг отобрал для своей книги. Да и вообще, нон-фикшн — это такая штука, в которой первее шокирующих или нелепых историй и красивого слога должна идти фактическая достоверность. Шнакенберг, вероятно, из тех, кто считает, что никому ничего не должен. Допустим, это правда, что если бы все факты в книге Шнакенберга были достоверны, книга была бы скучна, но тогда что ему мешало искренне признаться, что рядом с фактами соседствуют и прелюбопытнейшие слухи? Это было бы честно с его стороны. Ну да ладно, это не смертельно. Другое дело, что и авторские методы сбора информации об избранных «жертвах» его интереса вызывают определённые сомнения: такое чувство, что автор прошерстил статьи на Википедии, прошерстил сборники из серии «1000 интересных фактов о писателях» и — в виде исключения — заглянул один раз в библиотеку — разумеется, чтобы прошерстить жёлтую прессу за интересующий его период (если у него дома совершенно случайно не завалялась тонна-другая этой самой прессы). Книга похожа на отредактированную, причёсанную, приглаженную и остро субъективную жёлтую прессу о прошлом с точки зрения настоящего. Осознав, впрочем, что многого ждать от книги не стоит, я просто наслаждалась забавным и временами новым для себя взглядом на уже знакомых мне писателей. Для чего ведь читают жёлтую прессу? Чтобы позабавиться. У меня дома уже стоит парочка таких сборников, и я бы с удовольствием добавила к ним третий (как только найду), чтобы время от времени почитывать и похахатывать с их забавных авторов. Например, автор этой книги очень старался шокировать читателя, рассчитывая даже на самого подготовленного, а старания надо оценивать по достоинству. (Возвращаясь к вопросу об ориентации, почему Шнакенберг не включил в книгу Моэма? Такой простор для шока! В его глазах он должен быть где-то между Вирджинией Вулф и Куртом Воннегутом) (Или, например, интересно по отношению к образу жизни Байрона судить о нравах времени: в XX веке «Шок! Сенсация! Байрон спал со своей сестрой!» и в XXI — «Шок! Сенсация! Байрон был бисексуалом!»).

  Между прочим, статьи из таких сборников можно читать в любом порядке. Например, я сперва прочитала об одиннадцати персонах, которые меня всегда интересовали — чтобы проверить предоставленные автором факты и, по возможности, обогатить коллекцию собственных. Это были Шекспир, Байрон, По, Бронте (вообще-то Шарлотта, но статья одна на всех сестёр), Кэрролл, Уайльд, Дойл, Вулф, Кафка, Кристи и Фицджеральд. Потом уже приобщилась к остальным знакомым именам, запоминая на будущее, с кем стоит познакомиться поближе, а у кого биография интереснее, чем творчество, и кого можно отложить на далёкое неопределённое будущее. Да и то, старалась не слишком углубляться, чтобы не сформировалось превратное восприятие или предубеждение.

  Отдельного внимания заслуживают оформление и иллюстрации: уже ради них одних можно захотеть купить эту книгу — просто чтобы время от времени услаждать свой взор. (Интересно, это тоже можно охарактеризовать как какое-то шокирующее отклонение? Как хорошо, что мне не светит попасть в подобную книгу!). Приложения тоже довольно забавные — как перечисление странных работ, так и предсмертные слова. Так или иначе, книга неплохая — хотя, по большему счёту, в её имидже преобладает грамотный маркетинг, а не интересный контент, — качественно сделанная (я всё ещё не об авторе, а об оформлении), книга доставила мне много забавных и печальных минут, некоторые факты меня смогли удивить, и хотя я всю дорогу ругала автора — его подход всё же можно оценить как своеобразный, не лишённый занимательности и — в духе времени.
  

  16

  454