Рецензия на книгу
Обрыв
Иван Гончаров
Lihodey11 июня 2017 г.Ивану Гончарову следовало бы назвать свой роман не "Обрыв", а "Гора". Настолько колоссальным, а местами и громоздким, выглядит это произведение, в котором практически каждый из героев совершает страдальческий путь на свою личную Голгофу.
Действие романа начинает развиваться в Петербурге середины 19 века, где нам представляется один из основных героев - Борис Райский - дворянин-бездельник, мнящий себя человеком искусства - артистом(от английского art - искусство), как он сам себя называет. Не лишенный некоторой доли таланта, он от природы крайне ленив, а потому не способен учиться и развиваться, а следовательно и добиваться больших результатов в интересующих его видах искусства - живописи и писательском ремесле. Он способен четко ухватить идею или увидеть красоту окружающего мира, но для настоящего художника этого мало. Необходим каждодневный и кропотливый труд над собой, к чему у Райского нет никакого расположения. А кроме того, он страдает от скуки - бича многих русских дворян, материально обеспеченных не своим собственным трудом.
Райский легко увлекается всем новым, что встречается ему на жизненном пути. Но каждому увлечению отмерен лишь небольшой промежуток времени, затем снова приходят верные спутники Бориса - разочарование и скука. Так, пережив в Петербурге крах своего очередного любовного влечения, он решает сменить обстановку и отправляется на лето в свое наследное имение, в котором заправляет всеми делами его бабушка Татьяна Марковна - помещица старой закалки с твердыми архаичными жизненными принципами, которые она неустанно навязывает всем окружающим. С ней проживают ее внучки - совсем молодые девушки Марфенька и Вера - кузины Райского. Борис ожидал увидеть в имении двух дурочек-провинциалок, полностью подавленных властью деспотичной бабушки. Однако, ситуация оказалась иная.
Марфенька настолько поразила Райского своей живостью, открытостью, честностью и прямотой - всеми теми качествами, что не часто встретишь в высшем свете Петербурга, - что Борис в силу своей необыкновенной любвеобильности едва устоял, чтобы не закрутить с ней роман. Вера же, поразившая Райского свежестью и независимостью своих жизненных взглядов и оставшаяся для него загадкой до самой кульминации романа, невольно влюбила в себя всерьез и надолго легкомысленного главного героя. Вот только взаимности ему добиться не удалось, потому что сердце Веры оказалось занято другим мужчиной.
Этот другой, Марк Волохов - политически гонимый либерал по своему внешнему окрасу, а по сути циничный отморозок, - не самая лучшая партия для Веры. Но Амур, как известно, любит повеселиться, поражая своими стрелами совершенно несовместимых людей и превращая любовь не в гармоничное содружество, а борьбу раскаленных страстей. Так и в "Обрыве"тайные любовные страсти, в итоге, приводят к драматической жизненной буре, в которую вовлекаются множество косвенных участников.
Сюжет "Обрыва" довольно-таки незатейлив и прост, и, конечно, не стоит тех многочисленных страниц, которые занимает этот роман. Главная ценность книги заключается в многочисленных диалогах-столкновениях различных мнений и идеологий. Чего-чего, а споров в романе хватает с лихвой. Отчаянно спорят в вечном конфликте поколений умудренная долгим жизненным путем и старательно избегающая перемен Татьяна Марковна и увлекающийся, легко рвущий связи со своими корнями Борис Райский. Спорят жаждущая признания женских свобод, но в то же время желающая простого семейного счастья эмансипированная Вера и Марк Волохов, не признающий никаких моральных ценностей. Спорят между собой убеждения типичного русского барина-пофигиста Райского, смутьяна и предтечи революционеров Волохова, крепкого и ладного хозяйственника Тушина. Все эти споры и противостояния отлично отражают состояние противоречивого российского общества того времени.
Хороший ли роман получился у Гончарова? Да, хороший. Но он был лучше, если бы не был так сильно затянут - во многих местах автор топчется на месте, и только блестящей литературный язык нивелирует этот недостаток. А все же не всякому читателю 21 века, привыкшему к совершенно другой динамике, будет легко совладать с неторопливостью и дотошностью автора.
43562