Рецензия на книгу
Овод
Этель Лилиан Войнич
Ksencha28 апреля 2017 г.Ностальгия по дням, ушедшим безвозвратно
Ласточка. Ноутбук сел, и я не могу переводить (собственно, так может начинаться любая рецензия). Что бы почитать? Мужу в читалку загрузила миллиард книг, а он уткнулся в журнал. Ладно, посмотрим, что я там ему накачала. "По ком звонит колокол" читала, всего Ю Несбё тоже. О, "Овод"! Читала тоже, но очень-очень давно, ещё в школе.
Помню, тогда из-за этой книги я не могла ни есть, ни спать... В какой-то агонии бродила по квартире. Исписала пол дневника. Плакала. А теперь буду плакать?
...Когда читала её в девятом классе, мне казалось, что она в первую очередь о революции, желании умереть за людей и страну, жертве во имя народа, но спустя 10 лет я ничего этого в ней не увидела... Нет, я не могу сказать, что прочитала её без удовольствия, скорее, наоборот, с огромнейшим, и она тронула меня вновь, правда, теперь по-другому. Отчасти это связано с тем ностальгическим чувством, которым наполняешься, вспоминая себя другим - юным, одиноким и восторженным.
Отчасти с тем, что главная линия книги "Овод-Монтанелли" по-прежнему увлекает и задевает какие-то струнки души, ведь в каждом из нас живёт подросток, который разрывается между любовью к родителям и непониманием их поступков, порой переходящим в ненависть.
Несложно догадаться, почему "Овод" так популярен среди молодежи (или был популярен), и я понимаю, почему в своё время я называла его одной из своих самых любимых книг. Максимализм Овода, его обида и нежелание простить, его ненависть-любовь к отцу особенно близки, когда ты подросток и не в ладу и с собой, и со всем миром.
И всё-таки мне бы хотелось, чтобы книга была больше. Мне не хватает в ней той глубины, которая позволила бы и сегодня называть её любимой. Всё слишком просто: чуть что - смертельная обида, а уж эти ультиматумы! Где объяснение тому, почему Артур вступает в "Молодую Италию"? Мне нужно больше рассуждений о религии, о революции, обо всём этом "фоне", который крайне важен для полного раскрытия образов! Но невозможно и глупо требовать большего от книги, написанной в жанре романтизма - "исключительный герой в исключительных обстоятельствах" (формула, навсегда запомнившаяся со школьных уроков по литературе).
Но нежная память о слезах и мыслях, которые не появились бы когда-то в моей голове, если бы не "Овод", не разрешают мне быть слишком строгой. Ну и пусть.
8117