Рецензия на книгу

• 

  garatty24 апреля 2017 г.

  ...Тем временем успели зарасти окрестные дороги, и умерли те, кто их топтал, и память о тех, кто их топтал, тоже умерла

  Я её любил, я жалел, что у меня не хватило времени и вдохновения обидеть её, причинить ей боль, сделать так, чтобы она меня запомнила.
  

  «Марсель Пруст» в сознании искушённого читателя эти слова воздвигают массивную и грозную фигуру. Марсель Пруст – это что-то сложное, действительно серьёзное. Я никогда его не читал ранее, но у меня он ассоциировался всегда с громоздкими мастодонтами литературы вроде Толстого или Гюго. Пруст писал лишь одну вещь, но она заняла много томов и содержала анализ его естества и закоулки его жизни, и носила название - «В поисках утраченного времени». Первый роман саги носит название «В сторону Сванна». Рассказчик уже взрослый и, возможно, престарелый человек вспоминает свои детские переживания, страхи и страсти, жизнь своей семьи и «Любовь Сванна». Всё это давно утрачено и прошло. «…Тем временем успели зарасти окрестные дороги, и умерли те, кто их топтал, и память о тех, кто их топтал, тоже умерла».

  Не передать словами то чувство, которое я испытывал от чтения первой книги этой саги. Я ожидал скуки, поскольку частенько натыкался на рассуждения о том, что Пруст не самый интересный и захватывающий писатель, но зато интеллектуальный. На деле же процесс чтения превратился для меня в акт расслабления и релаксации. Я наслаждался каждой прочитанной страницей этого романа. Каждый раз, открывая книгу и читая «В сторону Свана» на меня снисходило удовольствие. В аннотации к изданию написано, что это новый перевод Елены Баевской, который разрушает миф о Прусте, как о скучном писателе. Не знаю, благодаря ли переводу, но я почувствовал что-то, что испытывал во время чтения лучших романов Достоевского – величайшее наслаждение от самого текста. Я мог бесконечно следить за жизнью, развернувшейся на страницах романа, перипетиями чувств и мыслей героев произведения. Пруст выписывал изменчивость восприятия и отношений между людьми и миром. Процесс перерождения влюбленности в болезнь и одержимость или жизнь до крайности впечатлительного или чувствительного ребенка – всё это доходило до гениальности у Пруста.

  На первых двухстах страницах романа рассказчик ворочается в постели и не может уснуть, припоминая свои детские годы в городке Комбре. Что может быть в этом интересного? Что заставляет читать и читать это? В чем сокрыт гений Пруста? Главный герой плачет и переживает от того, что мама не пришла пожелать ему «спокойной ночи» и поцеловать перед сном – звучит, мягко говоря, не очень увлекательно, но, читая то, как это описывает автор – ты увлекаешься и читаешь всё дальше и дальше, а прекращение чтения видится немыслимым. Другой ярко запоминающийся эпизод, как автора будоражит запах боярышника и он отправляется в путешествие по своим воспоминаниям и читатель вместе с ним. Вроде бы ничего необычного и все это уже писалось и до Пруста и после, но почему-то цепляется, почему-то именно здесь впечатляет.

  Вторая часть романа повествует о любви одного умного и уважаемого человека к девушке лёгкого поведения. Плавное разрушение любви Сванна к модной кокотке. И это лучшее, что я читал на подобную тему. Очень тонко и очень глубоко подходит Пруст к описанию влюблённости, которая из-за болезненности отношений, приводит к одержимости и перманентному страданию главного героя. Обманчивость воспоминаний Сванна о начале чувства к Одетте, или точнее осознание того, что два человека видели всё по-своему, и пока один пылал любовью, вторая развлекалась в объятиях других мужчин и женщин. Пруст плавно переводит возвышенность чувства Сванна к мерзости, которая порождается откровениями Одетты. Если первая часть в основном доставляла лишь удовольствие идеальным текстом, то вторая часть уже будоражила и в иных плоскостях.
  

  
  
  Подумать только: загубил годы жизни, хотел умереть, сгорал от любви – к кому? Она мне и не нравилась даже, это не мой тип!
  

  В один ряд с Прустом нередко ставят Достоевского – что между ними общего? «Идеальность текста»? Вполне возможно, в последний раз я испытывал схожие чувства по части словесного содержания романа, когда читал что-то Фёдора Михайловича. Мне всё-таки думается, что Пруста и Достоевского в большей степени связывает сильнейший психологизм произведений. Они в своих работах доходят до самой глубины психологии действий и помыслов человека. И если Достоевский величайший объяснитель поступков и идей человека, то Пруст разъясняет чувства и отношения людей.

  В одной статье читал, что Марсель Пруст первоначально задумывал написать философский роман. Что ж. Можно только порадоваться, что автор решил изобразить всё иначе, чем задумывал. В романе много интереснейших мыслей и находок, однако, особенно сильной философской основы я не увидел, хотя быть может всё ещё впереди.

  58

  2,7K