Рецензия на книгу

• 

  alena_khg17 апреля 2017 г.

  "Хороших военных не бывает," - спорное утверждение, но в устах маленького еврея оно не кажется неправильным. В его жизни были только плохие военные, эти военные увезли его из дома, отобрали все, что было, и всех, кто у него был, а потом убили. О войне написано много книг, даже для детей, хотя и не детская это тема. А эта книга, например, детская, чему я сначала была удивлена..
  Мальчик, возраста Бруно, возьмет в руки эту книжку, проживет вместе с главным героем его маленькую историю и... Скорее всего, эта книга оставит в его голове тысячи вопросов, на которые любой подросток лет 12 уже готов дать ответ. Такое ощущение, что все плохое, происходящее в книге, все подробности, все жестокости - они как будто спрятаны за занавеской: можешь только гадать, что же на самом деле произошло. А может быть читатель давно об этом знает, и при таком раскладе история приобретает жутковатый оборот. Причём, именно за счет домыслов читателя - Бруно был и остается беззаботным, возможно, не ведающем о войне и её страхах, он просто нашёл друга и решил ему помочь. Все могло бы сложиться иначе. Джон Бойн дает тысячи намеков на возможность другой концовки: в этот день мог идти дождь, Бруно мог уйти раньше (и ведь порывался же даже!), он банально мог бы не попасть в число тех, кого убивали в этот злополучный день! Но нет.
  Эта книга - практически насмешка судьбы над поклонником Фюрреровских идей: считаешь, что евреи должны умереть, что они враги народа? рассовые нарушители? убиваешь их зачастую мучительно? твой сын умрет с ними. Не знаю, вкладывал ли автор эту иронию в своё произведение, возможно, ей не место в этой драме, но она здесь все-таки есть.
  Бруно... Беззаботный и весёлый, мечтательный и любопытный, замечательный мальчишка. Все могло пойти иначе, все могло сложиться по-другому, и, честно сказать, я до последнего на это надеялась. Непростая история.
  И все-таки, один вопрос, на который не находится ответа. Что нужно сказать людям, чтобы они начали с такой жестокостью обращаться с людьми всего лишь другой нации? Неужели среди них было так мало тех, кто помнил о человечности?

  7

  62