Рецензия на книгу

• 

  Lindabrida16 апреля 2017 г.

  В отличие от "Сна в красном тереме", другого знаменитого дальневосточного романа, перед нами повествование не психологическое, а приключенческое. События быстро развиваются, герои и героини попадают в ситуации одна другой драматичнее. И при этом мы видим роман-фантасмагорию. Главный герой, Ян Чан-цюй - в действительности звездный князь Вэнь-чан, уснувший в Нефритовом павильоне и видящий во сне земную жизнь. Его подруги - тоже воплощения небесных фей и их смертное существование - тоже лишь греза.
  Место действия - условный Китай эпохи Мин. Сражения происходят с условными "варварами" (они одинаковы, будь то некие фантастические "мани" или реальные, но не жившие в эпоху Мин сюнну) под предводительством какого-нибудь рыжебородого колдуна-чернокнижника. Интриги плетутся при дворе столь же условного императора. Чудеса происходят на каждом шагу. Здесь полководцу ничего не стоит взмахнуть флажком и вызвать пыльную бурю. Ян одерживает победы и вовсе с помощью астрологии и геомантии. И, конечно же, повествование полно эпических преувеличений. Вот сражается одна из героинь, гетера Хун: "Хун улыбнулась, ударила в барабан, приказала воинам построиться кругом, воткнула в середине красный флаг, взмахнула своими мечами и подняла их остриями к небу: тотчас ввысь с мечей заструилась серебристая дымка, она обволокла падавшие с неба мечи и пики и понесла их на варваров. Тогда мечи и пики враз превратились в зеленые листья, медленно летевшие к земле. Хун произнесла заклинание, и поднялся ветер, который принес эти листья к ее ногам, - они оказались остриями мечей! Она отправила листья в стан варваров".
  Но ведь это же сон, а во сне возможно все.
  Чем-то оно похоже на европейские рыцарские романы, переполненные подобными же эпизодами. Впрочем, культурные различия живо ощущаются: Ян изучает военное искусство по книгам древних, что вряд ли пришло бы в голову Зигфриду или Роланду. И конечно же, какой может быть Китай без любования природой и стихотворных экспромтов! И вот уже один из героев, Ян Цзи-син чертит поэтические строфы на юбке красавицы.
  И еще корейский роман отличает особая зыбкость реальности. Вроде бы во сне к Яну приходят побеседовать то великий полководец прошлого Чжугэ Лян, то сама бодхисатва Авалокитешвара. Но ведь жизнь Яна "на самом деле" лишь снится звездному князю. Значит, его беседы с небожителями, наоборот, реальны? В другом эпизоде подруги Яна в шутку переодеваются небожительницами; их весело выводят на чистую воду. Но переодевание не маскирует, а выявляет скрытую суть героинь: "на самом деле" они и есть небесные феи. Что ж:
  

  
  Мы созданы из вещества того же,
  Что наши сны. И сном окружена
  Вся наша маленькая жизнь.
  Уильям Шекспир

  12

  930