Рецензия на книгу

• 

  Unikko7 апреля 2017 г.

  Людей, одиноких по натуре, которые, как рак-отшельник или улитка, стараются уйти в свою скорлупу, на этом свете не мало.
  А.П. Чехов «Человек в футляре»
  Превращение истории неудавшейся жизни представителя «пиджачной цивилизации» в роман не делает из заурядного героя Личность. Простая история о простом человеке, написанная простым языком? Однако «Стоунер» только на первый взгляд кажется классическим произведением о «маленьком человеке» (крестьянском парне), а Джон Уильямс, соответственно, новым Синклером Льюисом. В романе вовсе не утверждается, что «любая человеческая душа достойна того, чтобы ее рассматривать под микроскопом» - о «любой душе» можно было бы говорить, если бы Джон Уильямс написал американскую версию «Дитте – дитя человеческое», - наоборот, Джон Уильямс consistently and coherently доказывает «исключительность» своего героя. А «беспристрастный» анализ собственной жизни самим Стоунером в финале романа – не более чем лукавство.
  

  
  Бесстрастно, объективно он вгляделся в свою жизнь, и она показалась ему неудачной во всем. Он хотел дружбы, близкой дружбы, способной сделать его частью рода человеческого; у него было двое друзей, из которых один бессмысленно погиб, ничего не успев, а другой так отдалился сейчас, так глубоко погрузился в мир живых, что… Он хотел брака с его определенностью выбора, с его тихой связующей страстностью; он получил и это, но, получив, не знал, что с этим делать, и все погибло. Он хотел любви; и у него была любовь, но он ее не удержал, позволил ей кануть в хаос житейских случайностей…
  И он хотел быть преподавателем, хотел и стал; но он знал, всегда знал, что большую часть жизни слишком мало вкладывал в это дело огня…

  Разберемся: если взглянуть на жизнь героя бесстрастно и объективно, то можно утверждать, что Уильям Стоунер – удивительно везучий человек. Во-первых, ему повезло родиться в США, а не в стране третьего мира и не в Европе накануне Великой войны. Во-вторых, у Стоунера прекрасные, удивительно понимающие и нетребовательные родители. В-третьих, благодаря великодушию научного руководителя и слабой конкуренции (из-за войны), Стоунер, обладая средними способностями, легко получил место постоянного преподавателя в университете. В-четвёртых, единственный друг Стоунера стал влиятельным человеком, благодаря чему, герой мог не беспокоиться о «карьере» и спокойно заниматься любимым делом. Да, прекрасную биографию несколько омрачает неудачный брак, но Стоунер получил компенсацию... Был ли Стоунер талантлив? Как следует из романа - нет, ни как преподаватель, ни как ученый. Но он был крайне трудолюбив и старателен. Был ли Стоунер человеком «большой души»? Снова нет, судя по его позиции равнодушия и самоустранения от жизни. Главная особенность Уильяма Стоунера как литературного персонажа - его «отшельничество», жизнь «в футляре». Главная особенность романа Джона Уильямса - гимн посредственности.

  Обычно люди стараются сохранять спокойствие перед лицом смерти, а Уильям Стоунер делает это перед лицом жизни. Университет для героя – особенная вселенная, в которой можно надёжно (и выгодно) спрятаться от реального мира. По сути, «Стоунер» - антигуманистический роман: история его героя читается как оправдание человека, пренебрегшего важностью человеческих отношений (семьёй, любовью, дружбой, отношениями с коллегами) и общественной деятельностью ради личной безопасности и иллюзорной возможности «всегда оставаться собой». При этом Стоунер не классический «герой-наблюдатель», бездеятельный «мудрец», рефлексирующий о смысле жизни: «наблюдение» как способ познания мира используется Стоунером исключительно для принятия решений о действии или бездействии. Более того, в романе нет разделения экзистенциального и активного бытия героя, и как следствие, отсутствует конфликт между внутренней и внешней жизнью, идеальным и реальным. На протяжении всего романа Стоунер пребывает в неизменном состоянии интеллектуально-нравственной заторможенности. По всей видимости, маска отчуждённого спокойствия должна обезопасить героя не только от мира, но и от самого себя. Это ощущается особенно остро, поскольку повествование в романе ведётся от третьего лица, но не от лица всезнающего автора, а как будто с точки зрения самосознания Стоунера. Как результат, читатель ничего не узнаёт о чувствах жены Стоунера (она женщина со странностями, но почему – неизвестно), о самоощущении дочери (какой видит свою семью Грейс – загадка).

  Уильям Стоунер всегда стремился обезопасить себя и свою жизнь, исключить из неё любые конфликты, драмы, сильные переживания, дистанцироваться от реального мира и окружающих людей. И в этом смысле удивительно выглядят предсмертные размышления Стоунера. Финал романа напомнил мне небольшой эпизод из книги Унамуно «О трагическом чувстве жизни», в котором автор рассказывает о желании своего друга, предчувствовавшего близость насильственной смерти, написать за те немногие дни, что ему отпущены, книгу. Забавно, но и Уильям Стоунер, человек, стремившийся «отойти» от мира, перед смертью неожиданно решил, что его опустевшее место в мировом пространстве должно быть зарегистрировано на все времена.
  

  
  Да, книга была позабыта и мало кому пригодилась, но какая разница! Вопрос о её былой или нынешней значимости казался пустым. Он не питал иллюзии, что найдет здесь, в этих потускневших буквах, всего себя; и всё же он знал с несомненностью, что малая часть его личности тут есть и что она останется.

  Бедный Уильям Стоунер: его даже не жалко.

  19

  214