Рецензия на книгу

• 

  Fenidiya4 апреля 2017 г.

  Сперва простое. Вспомнила, как я в шутку говорила, что ежели ты попал в пьесу Шекспира, то к её окончанию скорее всего будешь мертв. Так вот, если попал в роман Достоевского, то скорее всего будешь мертв или рехнешься. Или, может быть, сперва рехнешься, а уже потом будешь мертв. Если ты не мертв и не рехнулся, то, скорее всего, не слишком главный персонаж, но, страдал, конечно, как и все.

  "В моем мире живут только пони..." и далее, так вот, в мире Федора Михайловича живут изнуренные страданиями и несколько истерические люди. Они исступленно любят, исступленно спорят, у них часто бывает горячка, эпилепсия или туберкулез на худой конец. У меня есть какое-то такое странное ощущение, что сам Достоевский себя так чувствовал, сам так жил, а потому и его персонажи такие. Меня многое возмущает, я, кажется, многого не понимаю и часто хочу бросить все на середине. Но вот, когда уже окончена последняя страница, когда я уже закрываю книгу, получается "Вот это да!". Не могу сказать, что я так таки полюбила Достоевского всей душой, но мне нравится его читать. "Бесы" в моем внутреннем рейтинге далеко не доскочили до "Идиота" и "Братьев Карамазовых", но произведение достойное.

  Смысл сея переворота, как и смысл нигилизма во мне не складывается. Мы все разрушим, а потом пусть оно все возрождается из пепла. Может быть смысл просто в том, что хочется поломать что-нибудь? Из любви к самому процессу.
  Петр Верховенский, конечно же, гад. Причем еще какой-то гад с мечтой. Он, говорят, выдумывал людей и сам в них верил. То есть, прежде чем кого-то о чем-то спросить, он мысленно как-то за них же себе отвечал и дико злился, что его внутренний диалог не совпал с реальным. Именно на это злился - на то, что не совпало, а не на сам ответ.
  Люди, которые могут убить из расчета, не в горячке и не в состоянии аффекта, все такие люди, с большой вероятностью - социопаты. Они не понимают чужой боли, не понимают, что кому-то может быть грустно или страшно, они полностью заперты в своем существе. Я почему-то именно так и думаю про Петра Верховенского, ему как-то и на революцию-то по большому счету плевать. Шатова убил, потому что ненавидел его лично. Недолидер, выходит.
  Николай Ставрогин тоже тот еще "революционер". Из всей его жизни можно вынести только то, что он был весьма популярен у женщин и что он, в принципе, никого никогда не любил. А при его-то характере, при его-то харизме и способности притягивать к себе людей, он бы мог свернуть горы, а на месте этих гор настроить другие. Так ведь же приткнуться никуда не мог, хотел жить в пещере и забыть всех и все, да вот что-то не срослось. Его понимаю меньше всех.
  На самом деле мне очень понравились Степан Трофимович и Варвара Петровна и именно в связке друг с другом. Их диалоги, вся их "глупая" двадцатилетняя любовь, которая никак не могла случиться в полной мере. Хотя по всему выходит, что более близких людей, чем друг у друга, у них никогда и не было. И еще, триста ссылок на перевод французских фраз Степана Трофимовича это слишком утомительно.
  Женские персонажи опять сплошь истерички и даже припадочные. Может быть рассказывать про адекватных и тихих девушек, вроде Дарьи Шатовой не так интересно, чем о безумных хромоножках и девочках с приветом, подобных "бедной" Лизе, не знаю.
  Из прочих персонажей хочется еще сказать про Шатова. Боже мой, я хотела выдрать клок волос с головы (за неимением головы Шатова, наверно со своей), когда он простил жену и признал сына. До чего же может дойти любовь и заниженная самооценка. И про Кириллова. Как раз тот момент, когда я не поняла вообще ничего. Нет, я поняла сам принцип "один я умираю по своей воле, без причины", но мне в нем даже крупицы истины не видно, вообще никакой, одно безумие. Ему бы жить и вырасти из всего этого, неплохой же парень, честный и жалостливый.

  Я чуть-чуть слетаю с катушек, когда читаю Достоевского. Начинаю говорить специфическими фразами, думать о душах человеческих и, видимо, пучить глаза в припадке философствования. Надо дозировать.

  14

  279