Рецензия на книгу

• 

  Smeyana15 марта 2017 г.

  Нет, эта книга не завораживает космическими пейзажами и философскими построениями, как романы Лема. Она не ошеломляет головокружительными идеями, как тексты Уоттса. Не оставляет на прощание миллион вопросов, как творения АБС. В ней нет фантасмогоричной бесшабашности, свойственной этюдам Шекли.

  Но есть в ней тот самый космический романтизм. Прыжки выше головы, противостояние стихии, жажда открытий. Есть неуёмная вера в то, что мы полетим. Мы, в смысле люди, земляне. На мой взгляд, именно этот посыл превратил роман в явление, ведь в современной фантастике есть что угодно, кроме этого незамутнённого желания познавать космос, первооткрывательствовать. Кроме того, так приятно читать произведение с подобным посылом, но лишённое ретрофутуризма. Возможно, во времена полётов на Марс все эти флешки, ноутбуки и электронные переписки будут казаться читателям архаизмами, но сегодня - это бальзам на душу.

  А сейчас несколько пунктов, за которые книгу ругают, но которые кажутся мне её достоинствами.

  Сочетание задора и пафоса. Его называют чисто киношным приёмом, но оно, на мой взгляд, придаёт книге очарование подросткового приключенческого романа. Может быть, в книге нет особенной глубины, но энергии и драйва предостаточно. Не одной философской фантастикой жив человек, да и экшн здесь довольно увлекательный - никакого межпланетного мочилова, зато радиосвязь починяют и по пересечённой местности на марсоходе движнячат.

  Занудные вычисления и химические реакции вообще ни разу не занудные. Тут даже без комментариев.

  Отсутствие описаний переживаний героя. Я вас умоляю, рефлексий, страданий, нравственных поисков в литературе и без того хватает. А вот пошаговых инструкций по выращиванию картофеля в жилом модуле на Марсе маловато. К тому же, повторюсь, задор придаёт книге особое очарование. И ещё один момент. Практически обо всех событиях, происходящих с героем мы узнаём из журнала, который он ведёт. Если бы я вела журнал, который предназначался бы для чтения другими людьми, я не стала бы делиться с читателями своими настоящими переживаниями, скорее всего, помимо летописи событий там был бы всякий гон, точно как у Марка.

  20

  78