Рецензия на книгу

• 

  iiik_kiii30 января 2017 г.

  Земля в человеческом сердце, она ещё тверже ©

  …безумие было повсюду, оно шелестело, как мягкие крылья ночных охотников с огромными золотистыми глазами…

  
  
  

  Как к нам приходит осознание того, что со смертью лучше не шутить? Нам не говорят об этом родители, нам не рассказывают об этом друзья... по крайней мере, нас не бьют этим в лоб напрямую, не кричат, срываясь до писка, в ухо... мы просто знаем и всё. Вырастаем и читаем об этом в книгах и понимаем свою правоту. Само слово "смерть" пугает. Услышав его, непроизвольно меняется ритм у пульса... Она не любит двух вещей: когда ей кидают вызов, надменно, смотря прям в глаза, и, когда её хотят обмануть, а точнее, вырвать из когтей законную жертву. В первом случае, смерть, когда её меньше всего ждёшь, легонько толкнёт одним пальцем в спину, а этого достаточно, чтобы полететь в беспамятстве с отвесной скалы... во втором - она подсунет брак, от которого захочется поскорее избавится. И ведь кот не виноват, что, "какой-то там.." потащил его труп на древнее микмакское кладбище и, не спросив мнения, перевернул его сознание с ног на голову. Во мне все разрывается от сострадания к четырехлапому существу. Его вернули, чтобы продолжать любить, а вместо этого шпыняют из угла в угол... Но и признаюсь, меня тронуло, что нить мистицизма, первоначально ведёт именно от кота, а не от собаки, например. Кошки сами по себе излучают тайну, а в совокупности со случившимся, от навязчивых мыслей не отвертеться.

  Не могу сказать, что, читая, я впала в агонию страха. Нет, мне было крайне не приятно, жутко, но не страшно. А может страх немного иной, не такой, как от ужастиков, скорее, он похож на ощущение неизбежного перед чем-то могущественным и непобедимым... Согласитесь, древние племена вполне могут обладать подобной силой, не такой, как в случае с магическим кладбищем, но, не менее ужасной. И ведь это место, с самого начала, тянуло в свои сети Луиса. А он, как марионетка, позволял управлять собой. Он слабый человек... это читается даже в случае с тестем, когда им был избран путь труса и он постарался зарыться как можно глубже, лишь бы находиться с ним на максимальном расстоянии. А в случае кота, разве не благодаря своей слабости он "воскресил" его? Он боялся быть утешителем для дочери и лжецом, ведь он сулил коту длинную жизнь, а что в итоге? Необъяснимые силы заставили безъяйцевого кота прогуляться по дороге...

  Наша большая беда, что мы не можем оставлять все на своих местах, мы стремимся исправлять, делать так, что бы облегчить собственные страдания. Даже, когда говорим, что "это я не для себя, а ради неё/него", это ложь. Мы безжалостные эгоисты и, думать кроме, как о себе, не можем ни о ком... и не важно, что будет с окружающими, главное нам так комфортней. Но мы забываем, что чаще, происходит все совершенно иначе. Мы, поддавшись горю, отчаянию, страху, одиночеству, не важно чему, блокируем своё сознание на возможные исходы, помимо положительного и, как безумные стремимся достичь желаемого, а в итоге, копаем себе яму задолго до собственной кончины, мало того, мы туда ложимся и своими же руками сгребаем землю на место, только, в когда-то пустой яме, уже лежит наше, пока ещё, живое тело...

  Манера повествования Кинга, напоминает мне жвачку с ярко выраженным запахом, который проявляется не в начале, а ближе к концу. Сначала жвачку нужно, как следует разживать, промять под натиском зубов и, только после этих ритмичный действий, слегка колючая перечная мята начнёт раскрывать весь букет своего вкуса. Эта книга не исключение, ведь, почти до половины, не происходит практически ни каких взрывных действий, а потом, сюжет набирает свои обороты и разгоняется, иной раз, даже быстрее, чем предполагает читатель.

  Издание вне всяких похвал. Белые страницы, плотные листы, хороший шрифт.

  24

  112