Рецензия на книгу
Жажда жизни
Ирвинг Стоун
frogling_girl30 декабря 2016 г.Он старался работать, но это не приносило облегчения. Он уже написал все, что хотел написать. Он уже сказал все, что хотел сказать.О такой книге хочется сказать как можно больше.
И как можно лучше.
Хочется максимально точно передать все свои ощущения. Но все эти мурашки, перехваченные дыхания, волнение и невозможность заснуть пока остаются непрочитанные страницы... это все слишком банально для столь невероятной книги.
Кхм, звучит все конечно здорово. Но, кто знает, а вдруг дело исключительно в том, что за последнее время я катастрофически мало сплю. И под "катастрофически" я понимаю 2-3 часа в сутки. Семейные обстоятельства они такие, да. Иногда лишают сна. И вот в этот самый период времени я читаю "Жажду жизни". А что если все мои восторги лишь плод того, что мозг сейчас работает на пределе, весь организм на пределе, да я сама уже не понимаю, что говорю. В таком состоянии я забываю все что угодно. Например, зачем пришла в магазин, что говорила соседке вчера, видела ли ее вчера, когда ела в последний раз и все такое. Но я отчетливо помню содержание книги, когда и сколько читала. Помню, что чувствовала в эти моменты. Странно. И немного пугающе если честно.Итак, "Жажда жизни". Первое, что я для себя отметила - невероятно точное название. Просто удивительно точное. В этих простых словах вся жизнь Ван Гога. И как же захватывающе она описана. Несмотря на мою абсолютную неспособность к рисованию я страстно люблю этот вид искусства, отчаянно завидую тем, кто умеет переносить свои фантазии на бумагу, холст или даже монитор компьютера, в общем, я бы тоже хотела рисовать. Я бы тоже хотела "гореть" так же сильно как Ван Гог, Сезанн, Лотрек, Дега и все остальные. Они невероятные. Они потрясающие. Они вечные искатели и вечные бродяги. А еще они несчастны, безумны и неспособны нормально существовать в этом мире.
Тому, кто хочет действовать, нечего бояться неудачи.Вот они все. Не только Винсент, но и остальные художники, все его друзья, проходящие той же тропой, что и он, страдающие от тех же самых напастей, понимающие его и в тоже время неспособные понять. Какое одиночество они, должно быть, испытывали. Но какими великими они кажутся сейчас, спустя столько лет и столько строк написанного о них.
И на фоне этих великих мастеров поначалу может потеряться простой парень Тео. Но я восхищаюсь им не меньше, а может даже и больше. Ведь через всю жизнь он пронес любовь к брату. Он верил в него. Каждый день. Каждую минуту. Он всегда верил в него. Он был готов сделать все, лишь бы Винсент мог и дальше творить. И ведь неизвестно, что стало бы с Ван Гогом без этой постоянной поддержки.
Нет, определенно надо смириться, что я неспособна нормально объяснить, насколько глубоко пробрала меня эта книга.
1560