Рецензия на книгу

• 

  Ksencha21 декабря 2016 г.

  Сложный и интересный Андрей Тарковский

  Эта тоненькая книжка составлена по материалам стенограмм лекций, которые когда-то читал Андрей Тарковский на Высших двухгодичных курсах сценаристов и режиссёров при Госкино СССР. Скажу сразу, фильмы Тарковского я ещё не смотрела в силу откуда-то взявшегося у меня убеждения, что это фильмы крайне тяжелые, непонятные, слишком сложные. Но наверное, именно поэтому я и купила эту книжку на книжной ярмарке: решила сначала прочитать "разгадку" фильмов Тарковского, а потом уже и сами фильмы посмотреть. Теперь, после прочтения его лекций, я определенно хочу их посмотреть. А так как Тарковский постоянно ссылается на Бергмана и Брессона, то и с ними хочется познакомиться.

  "Лекции по кинорежиссуре" читаются легко, и читать их безумно интересно. И прежде всего потому интересно, что понимание кинематографа у Тарковского очень своеобразное, для меня, простого "потребителя киноиндустрии", вообще какое-то инопланетное. Он сравнивает кино то с японским хокку, то с симфонией. Говорит, что главная задача киноискусства - запечатлеть время, а актёрам нельзя знать ни замысла режиссёра, ни сценария, ни своего текста. Ругает попытки кинематографистов использовать приёмы театра и литературы с поэзией. Многое из того, что он утверждает, идёт вразрез с нашими обычными представлениями о работе режиссёра и о кино вообще. Это удивляет, поражает, интригует.

  Вот несколько мыслей Тарковского, которые особенно мне понравились:

  
  Искусство дает нам эту веру и наполняет нас чувством собственного достоинства. Оно впрыскивает в кровь человека, в кровь общества некий реактив сопротивляемости, способность не сдаваться. Человеку нужен свет. Искусство дает ему свет, веру в будущее, перспективу.
  
  Искусство – единственная из форм человеческой деятельности, которая абсолютно идеалистична, в том смысле, что она стремится выразить бесконечность.
  
  Раньше иконописец постился, ходил на службу, молился и только будучи в состоянии духовного очищения приступал к написанию иконы. При этом каноны в иконописи, как известно, были строжайшие. Тем не менее Рублев создает «Троицу» так, как будто она создана впервые. Свобода творчества и прочее – это, так сказать, из другой оперы. «Если хочешь быть свободным– будь им», и не говори так много об этом.
  
  Мы часто хотим, чтобы в наших произведениях поучение было на первом месте, забывая о том, что само по себе искусство уже поучение. Потому оно не должно быть назидательным. Оно не должно быть риторичным, не должно поучать. Потому что нет ничего отвратительнее, чем человек, который поучает другого.
  
  
  Когда перед тобою действительно крупная индивидуальность, ее принимаешь со всеми ее «слабостями», которые, впрочем, тут же трансформируются уже в особенности ее эстетики.
  
  То же можно сказать и о прическах. Можно создать, например, в стиле ретро точные прически и костюмы, а в результате получится журнал мод того времени, он будет стилистически безупречен, но мертв, как раскрашенная картинка. Все дело в том, что нужно линии определенного стиля жить к живым людям, помножить их на характеры и биографии, тогда возникает ощущение живой реальности.
  

  Да, Андрей Тарковский меня заинтриговал. Буду смотреть его фильмы и рада, что эта книга не только познакомила меня с одним из самых известных режиссёров за всю историю мирового кинематографа, но и продемонстрировала (лично мне), что он был воистину выдающейся личностью.

  9

  1K