Рецензия на книгу

• 

  Rita38925 ноября 2016 г.

  Выстрел в усталость и недопонимание прочитанного

  М-да... Видимо, тёмный депрессивный месяц ноябрь и близкий финиш сказываются. Нынешний бонус стал для меня самым маленьким, если не считать "Выхухоль", и одновременно самым трудно читаемым бонусом "Долгой прогулки" за два сезона игры. Даже начальные размышления у колодца в первой части тетралогии Томаса Манна об "Иосифе и его братьях" читались с наименьшим скрипом. В тетралогии Хандке сошлось сразу несколько существенных для меня минусов.
  Громоздкие сложные предложения немецкоязычного автора, что чувствовалось и при переводе. Не зря же я сразу вспомнила Манна и давящую атмосферу романа Фейхтвангера. Эх, прочитать бы мне что-то лёгкое у немцев, чтобы развеять сложившийся стереотип. Может, в другой игре случай подвернётся...
  Тетралогия Манна полностью сюжетна, размышления есть лишь в начале, на которых я и буксовала в августе 2015. У Хандке же вся тетралогия - сплошные раздумья героев на фоне сменяющихся пейзажей. Слушая книгу, я нередко чувствовала себя в поезде, только мимо меня проносились не леса и поля, а стеклянные шарики слов и предложений с отвлечённым смыслом. Чуть зазеваешься - парочка стекляшек уже прокатилась мимо и не догнать их.
  Я долго думала, чем же могут быть связаны на первый взгляд разнородные части романа. Осмелюсь предположить, что, возможно, истории о Зоргере, мужчине с ребёнком и пьеса о семье Грегора являлись замыслами или написанными рассказами писателя из "Учения горы Сен-Виктуар". Убейте меня, я не скажу, в чём смысл учения, но герой этой повести упоминал перевоплощение Зоргера:
  ведь Зоргер,
  исследователь земли, перевоплотился в меня, хотя он и без того продолжал
  присутствовать во многих моих взглядах). Тот же писатель упоминал героя рассказа, прототипом которого был человек со скрещёнными руками с портрета, а в пьесе "По деревням" старая женщина именно так называет Грегора. Может, и "Детская история" связана со второй частью тетралогии какой-нибудь деталью, но я её упустила.
  Ещё одним минусом для меня была пьеса, не очень хорошо воспринимающаяся на слух без постановки. (Две пьесы в месяц - это я и о Кункейро - для меня слишком). Правда, в ней и только в ней я нашла хоть какую-то эмоциональность. Героев всех произведений тетралогии тревожат проблемы самоопределения, поиска или описания своего ландшафта, чувства вины за две войны 20 века, но тревоги эти все выражаются мысленно вокруг да около затаёнными от других намёками. Героям не хватает прямого высказывания или крика о своей боли, чтобы от неё освободиться. Отец ребёнка из "Детской истории" упорно не называет свой "преступный народ" и "древнейший народ" из школы с другой религией по имени. Зоргер бежит из своей страны в заполярье Америки и большие города западного побережья того же континента, Грегор и Ганс мечутся по стройкам и заграницам, тоже умалчивая о своей безымянной деревне, отец с ребёнком долго живут за границей тоже неизвестно где. (Хотя может только мне неизвестно и лень отгадывать по намёкам, подумаешь, Нью-Йорк, но напрямую не называется же). Только писатель называет конкретные места возле горы Сен-Виктуар, рассказывает историю своих предков-словенцев и упоминает родной город отца Гарц. Любопытно, что и предки Зоргера из южных славян, так что и вправду взаимное перевоплощение получается. Безусловно, финальный монолог Новы вдохновенно эмоционален, но смысл её призывов от меня ускользнул. Может быть, послушавшиеся её герои и освободятся от своих проклятых вопросов...
  Вряд ли возьмусь перечитывать тетралогию Хандке. Она для меня слишком зациклена на форме и визуализирована.
  P.S. Что месяц грядущий нам готовит? Думаю-гадаю о бонусе, шансы 50 на 50, в предыдущих сезонах декабрей "Долгой прогулки" счёт равный. После Хандке склоняюсь к варианту 2014. Стрелок устал мучить мортиру.

  9

  79