Рецензия на книгу

• 

  ElenaKapitokhina13 ноября 2016 г.

  Жанр антиутопии как-то давно стушевался в моём восприятии. Теоретически люблю, фактически многое, что пишут, сводится к упрощённой модели «1984», и — скучно. Да и настроение как-то не под фантастику было, но Этвуд же, давно хотела… И тут начинается забава, потому что в этой книге практически до конца — до рассказа о крахе «империи» Коростеля — нельзя понять, что к чему: обязательно какой-нибудь конец одиночный вылезает из общей кучи и с другими связывается никак не желает. Предположений можно делать тысячи, но за фантазией автора всё равно не поспеешь.

  Прежде всего не понимаешь, что за Снежный человек. Потом — бац! — перевёртыш, и вот уже Снежный человек почти нормален (в смысле вида), а дети Коростеля — апельсиновы. Пардон, искусственно созданы, собраны, намешаны из каких только не генов. Оч здорово созданы, надо сказать — под окружающий мир: травоядны и ничего-то им не страшно. И агрессия отсутствует. И мозг ограничен. Но а зачем мозг в таком мире, где Отец-Коростель уже позаботился о твоей физиологической безопасности? Идеальные апельсиновые люди, что ещё надо?

  А надо, Джимми надо. А то вместо общения у него — апельсиновые песни да раз от раза всплывающие в памяти прозаические/поэтические отрывки из некогда прочитанных книг, услышанной рекламы, сыгранных игр. И как же он «воспитывает» детей? Создаёт им мифологию. Их мифологию. Моё круглое Перечипово сознание не может удержаться от того, чтобы не привести один фрагмент, подтверждающий птичью важность в этой новой мифологии:
  

  
  — О Снежный человек, пожалуйста, скажи нам, что за мох растёт у тебя на лице?
  Остальные подхватывают:
  — Пожалуйста, скажи нам, пожалуйста, скажи нам! — не пихаются, не хихикают — это серьёзный вопрос.
  — Перья, — отвечает он.
  <…> а у них уже про него мифология, догадки: Снежный человек когда-то был птицей, но забыл, как летать, и почти все его перья выпали.

  Впрочем, Джимми никогда не был особенно разговорчив: в детстве единственный, с кем он мог говорить по душам, был скунот (помесь догадайтесь кого с кем) со странным именем Убийца, да и потом, с девушками, он больше любил их слушать, чем говорить сам, помнится, одна его даже укоряла в этом. Кстати, меня выводила донельзя эта линия: ему, влюблённому в Орикс, никак было не наплевать на её прошлое. Ну почему бы тебе не оставить это в покое, почему нужно непременно придумывать себе былые жестокости и, даже если это правда, заставлять вспоминать о них её, переживая заново? Клиника плачет. Не приведи бог меня когда-нибудь напороться на с подобным характером человека.

  И вся фантастика в этой книге проистекает из такой нашей реальности, что границу практически не видишь, и поэтому — страшно. И заканчивается всё более чем страшно, ибо впереди — решающая неизвестность. Очень, очень понравилось.

  Кстати...

  В тот день, когда я читала эту книгу (а проглотила я её очень быстро, это с отзывом затянулось), мне попался на глаза один комикс, вот этот:

  
  

  Сюжет примитивен, но спустя час я поймала себя на мысли, что всё перевариваю в голове этот комикс, и с книгой так же — до сих пор перевариваю.

  10

  149