Замок Броуди
Арчибалд Джозеф Кронин
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Арчибалд Джозеф Кронин
0
(0)

Странный-странный дом, странный-странный хозяин этого дома. И такая же странная и тяжелая история его семьи.
С первых страниц книги ощущаешь всю гнетущую атмосферу жизни членов семьи.
Вся история в целом вызывает неоднозначные эмоции, - не могу сказать наверняка, понравилась мне книга или нет.
В целом истории тиранов и самодуров несколько похожи друг на друга. Поэтому не было особо сложно догадаться, что чудесный «замок» Броуди, который он выстроил, камнем за камнем будет разрушен безжалостной рукой автора. Так что уже к концу первой трети книги я видела в конце раздавленного, понуро сидящего главного героя. Хотя я не до конца представляла, как он к этому придет, в целом мои догадки были верны.
Сцены выдворения беременной Мэри Броуди из дома, пережитые ее испытаний и страдания порой казались мне слишком далекими от реальности, с которой могла бы справиться хрупкая беременная девушка в одиночку. Надо отдать должное автору, что и он понимал - ни один младенец не выживет после такого.
Что касается матери - нельзя однозначно сказать, была ее болезнь карой за предательство дочери или ее последним шансом раскаяться в своем поступке.
«Я теперь лучше, чем тогда, понимаю, что я виновата перед ней…», - говорит в своем бессилие она. Хотя для меня она также жалка, как и прежде, ведь первым на примирение все равно пошла Мэри, - которая столько вытерпела, которая должна забыть об этом доме, об этой семье.
В последние минуты жизни матери в ее воспоминаниях нам показывают другого Броуди, - молодого, даже вроде как нежного и любящего. Куда же он делся? - задавалась я вопросом. Почему именно его выбрала молодая Маргарет?
Кронин пишет, что Броуди пришел к постели умирающей без капли сострадания, но вдруг, - о, чудо,- он вспомнил то время, когда они были счастливы. «Да, я хорошо помню тот день, Маргарет, и ты была хороша тогда, хороша, как цветок, и мила мне». А потом опять все исчезло так же быстро, как и прошло. «Минута запоздалой нежности к жене была уже забыта…», - и это сразу после похорон. Опять ни сострадания, ни печали по жене. Это наводит на мысль, что Броуди изначально имел психическое расстройство, которое усугубилось во время его молодости самодурством отца.
Раздражающей была и его любовь к Нэнси. Я все время задавалась вопросом (и не только по книге): «Почему люди не ценят и не любят тех, кто отдает им все?». Почему они унижают, обзывают, пинают одних, и трепетно бережно относятся к другим, к тем, кто не стоит и не сделал для них ничего. Неужели это сущность людей – быть слепыми и неблагодарными?
Странно-нелепой была и сцена смерти хрупкой Нэсси, которая не смогла выдержать давление самодурства отца.
По большому счету она стала логичным продолжением всего описанного в последней части, - страха, головных болей, смены настроения девочки. Поэтому весь процесс приготовления к смерти и сам конец жизни младшей сестры вызвал лишь мысль: «ну вот, отмучилась».
К сожалению, моих психологически знаний не хватает, чтобы оценить точность описания психического состояния и расстройства ребенка.
Ренвик, на которого я возлагала такие большие надежды, в итоге нашел, на мой взгляд, самый неподходящий момент для признания.
Конечно, можно было бы объяснить его порыв страхом, как бы Мэри от горя также не сошла с ума, или тем, что после смерти сестры Мэри стала окончательно свободна от уз этого дома, ее больше ничто не держало, и только теперь он мог вызволить девушку. Но неужели такой умный человек не мог найти других решений в тот момент? Их объятья рядом с телом девочки и надежда на светлое будущее старшей сестры, которые они дарили, возможно, были символичны, - контраст смерти старой жизни и начало новой, - но не вызвали во мне нежных чувств. Несколько кощунственным мне показалось и то, как тело девочки было оставлено на слабоумную бабку и Броуди. Вряд ли они были в состоянии организовать похороны бедному созданию. Так что логично было бы Ренвику взять все хлопоты на себя. Что, возможно, он и сделал, но мы об этом не узнаем.
Остается вопрос, понял ли Броуди со смертью дочери все свои ошибки или его отупевший ум и очерствевшая душа лишь пожалели о том, что его имя никогда не будет прославлено на весь Ливенфорд.
Странный-странный дом, странный-странный хозяин дома…Не могу сказать, что я до конца поняла этого человека…