Рецензия на книгу
Легенды Инвалидной улицы
Эфраим Севела
be-free30 октября 2016 г.Книга, созвучная погоде и настроению
У нас в разгаре бабье лето. Днем по-прежнему жарко, машина нагревается до неприличия, а вечером уже прохладно и даже зябковато. Солнышко, еще приветливое и ласковое, частенько затягивают серые облака. И во всем чувствуется острая радость уже явно последним теплым денькам, которые вот-вот кончатся и одновременно грусть перед предстоящей зимой, когда жизнь замирает в буквальном смысле, у порога уже стоят, переминаясь с ноги на ногу, слякоть, сырость, уныние и тоска. Они почему-то всегда ходят сплоченной компанией. Почти такая же атмосфера царит в небольшой книге Севелы «Легенды Инвалидной улицы».
Если с тобой случаются невероятные вещи, возможно, кто-то свыше пытается подтолкнуть тебя к писательскому ремеслу. А если в загашнике имеется хотя бы небольшой талант рассказчика, успех обеспечен. Так случилось с Ефимом Драбкиным, более известным под псевдонимом Эфраим Севела. В детстве со многими происходят занятные истории, но далеко не всякий может интересно о них рассказать. Севела смог. С юмором, самоиронией к собственному народу и огромной любовью к малой родине и соседям. Местами это смех сквозь слезы, потому что серьезно относиться ко всем бедам никаких нервов не хватит, тем более, когда речь идет о евреях и сталинских временах, а затем годах Великой Отечественной. Вот и получилась небольшая книга о жизни, о детстве, о шалостях, о соседях. Многие истории больше похожи на байки, но я верю, что так все и было. Ну, или почти так. Как раз здесь и притаились печаль и боль, потому что не отмахнешься, успокаивая себя ненастоящестью героев, выдуманных автором. В этом трагедия книг, основанных на реальных событиях.
Я слышала о Севеле, но почему-то он мне казался далеким и чужим. На деле же Ефим Евелевич удивительно родной писатель. Он легко, не стучась, вошел и уселся в моей читательской душе, начал рассказывать свои байки, то серьезно, а то с хитрой грусноватой усмешкой на губах. И как будто я уже давно знала его родителей, друзей и соседей. Но теперь точно никогда их не забуду. Вот он, писательский подвиг – увековечивать судьбы простых великих людей, не успевших, не имевших возможности стать теми, кем могли бы стать.
16448