Рецензия на книгу

• 

  HannahHunt20 октября 2016 г.

  Чувство вины. Pure.

  «Столько Джонатанов. Просто чума эти Джонатаны в литературе. Когда читаешь «The New York Times Book Review» , может показаться, что это самое распространенное мужское имя в Америке. Синоним таланта, величия. Синоним честолюбия, энергии.»

  Во-первых, спасибо, за такие слова в контексте Фоера. Тут бы ещё добавить, что у этих вездесущих Джонатанов даже инициалы сходятся - J.F. Символично, что уж.

  Во-вторых, не только в Book Review про вас талантливых пишут. «Безгрешность» у нас вышла в конце сентября, и месяца за полтора до этого статьи о ней заполонили всё и вся. Целая папка закладок на компьютере завелась, которую только сейчас буду читать. Ознакомилась с первоисточником, теперь и критику можно оценить. А про то, что эта книга засветилась во всевозможных списках «Что же нам читать этой осенью?», говорить нет смысла. Она была В Е З Д Е.

  В-третьих, хоть Франзен эти слова и вставил в текст с полным понимаем их иронии, но для меня он абсолютно правдивы в его отношении. Да и в отношении второго J.F. не теряют смысла.

  И после небольшого вступления перехожу к своей очередной книжности и её субъективной оценке. Субъективная она не столько потому, что личная. Все рецензии обладают сим свойством. Я сразу выкладываю свои карты - Джонатан входит в мой личный Топ авторов. У нас с ним полная корреляция случилась. Идеальный слог, идеальная нелинейная линейность текста и невероятно точная подборка затрагиваемых тем. Так что, всё, что ниже - признание в любви к автору и книге, не меньше. И обещаю, постараюсь не раскрывать все сюжетные линии.

  Правда, их раскроешь. Сейчас же. Отцы больше матери и дети. Детектив на нескольких уровнях текста. love story и не одна. Ядерное вооружение. Феминизм. Глобальный вопрос Интернета, всеобщей сетевой зависимости и желания популярности. Восточная Германия и Штази в частности + привет от социалистического прошлого по всей Восточной Европе в целом. Обама, Путин, Ассанж, Сноуден - все в сборе. И птицы.

  Да-да, они тоже есть. Резкий переход от политики, признаю, но писатель у нас-то орнитолог-любитель. Нравится ему это дело. Прошлый роман, «Свобода», вырос вокруг спасения голубого лесного Певуна. История была совсем не про это, но обложку присутствие пернатого украсило. В новой же книге летающим друзьям совсем мало текста отведено, но Франзен с такой любовью о них пишет, что её сквозь текст чувствуешь. Как потом про них не упомянуть? В этот раз познакомилась с калифорнийскими Тауи. Милейшие моногамные создания.

  Как вы поняли, про сюжет писать нет смысла. Читать книгу надо, читать. А про героев просто промолчу. По каждому персонажу можно докторскую по психологии защитить, будь они реальными людьми. Но про главную эмоцию расскажу. Про главную эмоцию, парадокс и вывод в одном лице.

  Purity. Чистота. В нашем же случае «Безгрешность». Поначалу такой вариант перевода вызвал в голове жирный знак вопроса. Но после прочтения 700 страниц текста знак растворился, и появилась огромная признательность к переводчикам. «Отсутствие греха» крайне тонко передаёт ту иронию, которую Джонатан вложил в оригинал названия. Здесь именно ирония, я убеждена. Дать такое название тексту, где сквозь все отдельные истории и одну Общую очевидным маркером проходит противоположная по своей сущности субстанция - чувство вины, это очень изящно. Чем дальше шагаешь по страницам, тем больше погружаешься в это какое-то коллективное чувство. И во всех линиях сюжета эта эмоция стала тем началом, из которых потом всё и развернулось.

  Чувство, которое заставляет человека следовать за собой и влияет на жизнь с невероятным упорством и частотой. Чувство, которое, казалось, ушло и не обещало возвращаться, но решило не следовать своим же обещаниям. Разрушающее чувство, с которым нужно и можно бороться. Научиться просить прощения и прощать. Easy. Но самое главное, уметь быть честным с сами собой и признавать, что это чувство вины есть. Есть у каждого из нас, это факт. Разница только в том, сумеешь справиться с ним или оно справится с тобой. Easy, опять же.

  Чуть не забыла. У книги есть эпиграф. Сказать, что символичный, мягко будет. «Творит добро, всему желая зла». Теперь могу говорить, что, по меньшей мере, в двух любимых книгах эти вводные совпадают.

  J.F., принимай привет из прошлого от известного морфиниста с Патриарших. Он твой получил.

  7

  118