Рецензия на книгу
Избранные сочинения в 2 томах. Том 2. Мессалина. Опимия
Раффаэлло Джованьоли
Diomed19 октября 2016 г.Все-таки поразительно, какую заботу и любовь проявил император Калигула к римскому народу, предложив ему в качестве сенатора своего коня. Вспоминая прошедшие выборы, прискорбно сознавать, что жители России не имели в своем распоряжении такого кандидата. Это потенциально могло бы увеличить явку и заинтересованность избирателей предвыборной гонкой. Любой испытал бы прилив положительных эмоций и веру в будущее, увидев добрый лошадиный взгляд с агитационного плаката. Кроме того, это еще неплохая экономия бюджетных средств, учитывая что в рацион условного Инцитата не входит черная икра.
"Мессалина" Джованьоли - это романизированный пересказ баек, изложенных у древнеримских авторов. Не столь веселый и бодрый как "Жизнь двенадцати цезарей" Светония, сделанный в пророческих красках, где оракул дает прогнозы на события прошлого. Кроме того, разбавленный бесконечными пафосными излияниями римских патрициев, которые каждый свой шаг и движение мысли сопровождают хвалами небесам и всем богам Олимпа.
Феномен Калигулы, конечно, поразителен, и его трудно обсуждать в ином ключе, нежели то ироничное повествование, к которому прибегает Джованьоли, или тот набор исторических анекдотов, который создал Светоний. Удовольствия и развлечения императора составляют главный смысл и итог существования Римской империи. Вообще Гай Цезарь Германик - высший пример римского аристократа. Он идеально соответствовал духу своего времени, словно его прозвище форме Апеннинского полуострова, и добился небывалых успехов на избранном поприще. Пусть оно и состаяло в постижении вершин гедонизма. Столь же "стоически" крепок дядюшка Калигулы Клавдий, который хоть и жаловался временами на недостаток денег, но "держался". Отбыв в первый год правления своего племянника консульскую повинность, он возвращается к своим ученым занятиям и работе над очередным томом истории этрусков, наглядно продемонстрировав пример перехода из бизнеса в сферу призвания. Эта история внушает оптимизм. Ведь там, где есть Клавдий, возможен Инцитат.8698