Рецензия на книгу
Birdsong
Sebastian Faulks
Maple8117 октября 2016 г.я чувствовал, что опыт этой войны каким-то образом ускользнул от понимания широкой публики — даже хорошо образованные люди, похоже, имели о ней довольно смутные представления. Отчасти это объяснялось молчанием тех, кто на ней побывал. Прежде человеческая история еще не знала подобной бойни — каково же было этим людям рассказывать о ней?Вот так автор начинает понемногу приходить к пониманию Первой мировой войны. Конечно, это приходит не сразу. Год за годом откладываются в памяти случайные впечатления, мемориалы, встречи с теми, кто прошел эту войну, книги. Постепенно он доходит до более детального изучения материалов, сохранившихся документов. Наконец, он загорается этой идеей, вынашивает ее как ребенка, она медленно зреет у него в голове. И, наконец, он пишет роман. Он живет в тех местах, где он поселит своего героя, гуляет по тем полям, по берегу той же реки, он вживается в произведение. А потом, когда оно наконец написано, когда в нем передана правда о Первой мировой, напоминание потомках, не сознающих и забывших об этой войне, он пытается издать свою книгу.
Издательница, пригласившая меня к себе в парящий над Манхэттеном кабинет, поглядела на меня поверх рукописи печальным взором. Роман слишком длинен, сказала она; если я самым решительным образом не сокращу военную часть, она не видит возможности его напечатать. Кроме того, не стоит ли вместо Первой мировой войны использовать более свежий конфликт?Красивое и яркое предисловие. К сожалению, оно произвело на меня куда больший эффект, чем сама книга. Нет, я не стану критиковать автора, дело тут совсем в другом, мы просто не попали с ним на одну волну, по-разному воспринимаем вещи, делаем акценты в разных местах. Те акценты, которые расставил он, в мелочах, совершенно не затронули меня, а те места, которые он мог бы сделать для меня щемяще-яркими, напротив, он пропустил. Эта индивидуальность восприятия не позволит мне внести книгу в разряд любимых, может быть, я не стану возвращаться к ней и для перечитывания. Но удовольствие автора от этого труда вполне могу понять.
Теперь что касается сюжета. Аннотация немного сбивает с толку, ожидаешь несколько не того. Мне почему-то представились идиллические герои типа Ромео и Джульетты, которых какие-то злые обстоятельства разлучили и Стивена призвали в армию. Как сможет убедиться читатель, все не совсем так. Но автор стремился показать конфликт и в мирной жизни, вызов обществу, несовместимость искренних чувств и буржуазных приличий. Он показал неискренний мир, мир, полный обманов. И все же мир. И вот теперь этот мир расколот войной.
При описаниях войны я все время вспоминала Ремарка. Он воевал в окопах с другой стороны, но его восприятие было таким же. Это была война чужих, не этих солдат, а крупных военачальников ради только им известных целей. Всем остальным она была совершенно не нужна. Поэтому мне так понравилась и концовка романа, хотя автор долго намекал, что сделает ее совсем другой.
А то, каково этим солдатам там, на фронте, совершенно не понимали штатские люди. Они тихо-мирно жили в своих городах, не подвергаемых бомбежке, гордо отдавали как дань фронту какую-то часть своей работы и ждали признания своих заслуг, в то же время шарахаясь от плохо пахнущих небритых военных, которые иногда приезжали в отпуск, пеняя им, что нельзя же так выглядеть, особенно офицерам, надо всегда следить за собой. А выжившие имели перед собой картины трупов, растерзанных пулеметным огнем, их сознание было перевернуто, они не могли, просто не могли уже включиться в мирную жизнь.
Надо бы сказать еще пару слов о параллельной линии. Но она довольно скромно представлена. И явно создана лишь для подчеркивания военной части, хотя и в ней есть интересные моменты и свои изюминки.1196