Рецензия на книгу

• 

  Felosial

  15 октября 2016

  Выпей-ка поссету, сестра

  Антон привычным движением потянулся за книгой – каждый день он где-то час читал перед сном. И как только заветный томик лёг в руку, Антона как будто бы пот холодный прошиб – книга стала гораздо тяжелее. Он судорожно пролистнул до вчерашней закладки. Да, так и было. За день книга "подросла" на несколько сотен страниц, будто бы насмехаясь над ним, над Антоном, ага, на-ка, выкуси, попробуй дочитай, не выйдет. "Почкуется, она что ли?" Со злости Антон захлопнул книгу, а она ответила пыльным вздохом. Антон почувствовал, как в груди нарастал комок, перерастал в пыльный ком, и не было сил сдерживаться, вот он, вот он...!

  ...Антон чихнул и проснулся.
  "Ну и чушь же привиделась".
  От шума его жена, Лена, проснулась и испуганно раскрыла янтарные глаза. Все старухи-соседки за эти самые глаза (да и за несговорчивый нрав) прозвали Лену ведьмой.
  "Спи, спи, Лен, завтра рано вставать". Он заботливо подоткнул одеяло, по которому разметалась её богатая копна тёмных кудряшек с закравшейся в них проседью, и отвернулся к стене.
  Это пресловутое завтра, которое уже по часам было сегодня, было днём защиты диссертации Антона. Защиты его труда, его любимого детища, которому он посвятил более 25 лет.
  Антону не спалось. Пересчитав всех овец и уже отчаявшись быстро уснуть, он стал прокручивать в голове всё, что случилось за эту четверть века.
  Он был ещё совсем молод, когда начал (как он выражался) "строить свой собор". В 1989 году вышла книга, которая легла в основу его диссертации, стала неким фундаментом. В 1993 году вышел русский перевод, который дал почву для строительства одного из нефов, а всего в "соборе" было 30 нефов.
  В те времена, когда диссертация только-только зачиналась, когда Антон ещё стоял на паперти, у него умерла при родах первая жена – Агния. Оставшись с двумя детьми на руках, он был просто вынужден отдать новорожденного малютку в православный приют для сироток. Вскоре в его жизни появилась Лена со своим странным сынишкой-аутистом Женькой. Тогда он всерьёз подумывал забрать Иосифа (так окрестили его в приюте), но Лена заставила его опомниться. Что они могли дать, сами жившие впятером впроголодь, бедному малютке? Да и диссертация тогда бы была под вопросом.
  Шли годы. Диссертация помаленьку росла. До алтаря с приделами было ещё далеко, но уже выстраивались то ризница (форма повествования), то трансепт (исследование).
  Дети росли, случалось в жизни всякое. Самым серьёзным событием в их тихой девятиэтажке стал налёт на квартиру самого богатого семейства – Широковых. Преступники так поколотили несчастного вдовца, что он через полгода скончался, не выйдя из комы, один из бандитов изнасиловал красавицу-дочку Алину, а подростку Руслану негодяи отрезали мочку уха. Так как Алине на момент смерти отца исполнилось 18, то бедные сиротки, продав квартиру, стали жить в однокомнатной по соседству с семьёй Антона.
  Сын Лены, который был младше Алины лет на пять, стал засматриваться на красавицу-соседку и потихоньку излечиваться от аутизма. Оказалось, что он был смышлённым малым, знал много чего (Лена потихоньку учила его всему, втайне от всех), а сам Женька таскал втихаря книги из обширной библиотеки Антона. Он же вычислил его только тогда, когда в томике, который он в очередной раз перечитывал для диссертации, нашёл несколько загнутых уголков – как раз там, где в книге были постельные сцены героев.
  "Однако", – Антон лишь почесал в голове, а мальчику к тому времени уже было 16, и из гадкого рыжего утёнка он превратился в голубоглазого красавца с копной рыжих волос и веснушками на хитровато-дерзком лице. Тихоня на самом-то деле был ого-го, и через пару лет соблазнил соседку.
  Этот момент Антон никогда не забудет. Он как раз возвращался домой после попойки в институте (обмывали удачную защиту коллеги) и увидел их в порыве страсти в подъезде. Их – дерзкого рыжего мальчишку и томную красавицу Алину. Подумать только, стольким женихам отказала, а на мальчишку польстилась! Стоит ли говорить, что одного раза хватило, чтобы зачать дитя, и с той поры Женька переехал жить к соседям.
  В доме стало попросторнее, тем более, что старший сын Антона, обидевшись на Женьку (он за год до этого сватался к соседке и получил обидный отказ), уехал на заработки в другой город, а Лена и младшая дочь Маша колдовали по хозяйству.
  Всё располагало к завершению строительства его собора – осталось переделать накаляканный его научником ради примера алтарь – заключение.
  Но многое было против него. Его враг – профессор Хамлов, протежировал на их кафедре своего тупого сыночка Уильяма (да-да, Уильяма, профессор был помешан на Шекспире) и всячески мешал Антону, один раз даже своровал черновик диссертации с важными пометками и сжёг! А Уильям, по слухам, написал обличительную статейку, в которой попытался очернить заветный роман: якобы в те времена не было зеркал в Англии (а они часто упоминаются в романе), про пиво ещё никто не знал, а завтраки были непозволительной роскошью для трудяг. Но все козни были всуе. Антон не сдавался и строил свой собор.
  По ночам Антона преследовал один и тот же кошмар. Снилось ему, что сынок Хамлова убил его, разрубив топором ему голову, как Раскольников. Но самым странным было во сне не то. Его приёмыш – Женька, взялся защитить недописанную диссертацию. И каждый раз, на том самом месте, когда Женька входил в день защиты в здание его родного университета, Антон просыпался с ноющей болью в голове.
  Иногда у него опускались руки, и тогда собор давал трещину. Он забрасывал диссертацию, но после затяжных депрессий снова возвращался к ней.
  Тем временем в семье тоже происходили перемены. Уже пошли внуки от рыжего Женьки и раздобревшей Алины, Маша так и осталась в девках (всю жизнь сохла по Женьке), а старший сын так и не добился ничего, вернулся, спился и в потасовке погиб от руки брата Алины, того потом оправдали. Горько Антон оплакивал сына, но потом боль утихла.
  И вот, наступил день, час, минута, когда должна была решиться судьба его детища. И, слава б-гу, за день до защиты скоропостижно скончался от удушья во сне Уильям, который по роковой случайности входил в диссертационный совет и всячески бы ему помешал.
  Но вот он встал за кафедру, поправил пятернёй очки, и уже в груди зарождался комок, который превращался в ком, который должен был разродиться вступительным словом...

  ...И тут смачная оплеуха разбудила Митяя.
  

  • Ах ты поганец! Опять читал и заснул, вместо того, чтобы сортир строить!

  
  Митяй, который ещё секунду назад был Антоном, недоуменно оглядывался вокруг. Орущая прыщавая баба, давшая ему затрещину, была его женой, Региной, и теперь она стояла посреди их садового участка, руки в боки.
  

  • Опять орал во сне, опять насиловали какую-то Алину, слава богу, в этот раз без Элли и Тотошки обошлось! Опять собор во сне строил?

  
  Он поспешно стал прятать книгу, за которой и уснул. Вернее, не от книги уснул, а проклятый зной сморил.
  

  • Ну-ка, дай-ка сюда свою Санта-Барбару!

  
  Толстая Регина навалилась нахрапом и отняла у тщедушного Митяя томик.
  

  • Как построишь сортир, можешь и за собор приниматься, читатель хренов!

  
  Регина затопала к дому, а Митяй, которому оставалось до конца книги ещё пару сотен страниц, вздохнул и взял мастерок.

  14 понравилось

  170