Рецензия на книгу

• 

  PrekrasnayaNeznakomka7 октября 2016 г.

  Те графы, бароны, князья и султаны, которых я имел честь называть лучшими своими друзьями, всегда говорили, что я самый правдивый человек на Земле.
  Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен

  Рассказывает Михаил Бойков о советской тюрьме подробно и много, однако картина из его слов вырисовывается весьма и весьма странная.
  Автор не жалеет красок на то, чтобы показать, какими идиотами и моральными уродами были жители СССР, по крайней мере те, кто находился на свободе и не держал камня за пазухой против существующей власти. Как при случае легко шли в палачи, которые политкорректно назывались теломеханиками, ведь эта профессия в материальном плане была очень выгодна. И даже рассказывает про специальные институты по подготовке таких вот теломеханоков с довольно обширной программой. Тут надо добавить одну подробность. После ХХ партсъезда, а особенно в перестройку не жалели сил для разоблачения сталинского периода. И наличие очередей из абитуриентов в секретный палаческий институт, вероятно, было бы здесь желанным козырем, точно так же, как наличие соответствующей документации. Но, судя по всему, так и не нашлось достаточных документов не то, что для убедительных доказательств, а даже для создания полуправды в геббельсовском духе. А вот в написанной в Аргентине – для эмигрантов – книжице Бойкова доказательства есть: у одного проштафившегося НКВД-иста в заднем кармане штанов нашли секретный документ за личной подписью Ягоды.
  Вот НКВДисты выбивают из невинных жертв – из тех, которые не то сказали, не так подошли, не там чихнули - совершенно дикие признания в шпионаже и вредительстве.
  Вывод: шпионов не было, а Сталин – усатый параноик.
  Но вот Бойков встречается в тюрьме с настоящими шпионами – Иоганнесом-Ивановым и Петржицким-Петровым, выглядящими так, как будто попали в реальность из шпионских фильмов. С участником покушения на Калинина Ипполитовым. С настоящим вредителем Валентином Изосимовым. С басмачами, уголовниками (один из которых, кстати подделывает печати на документах), абреками, бандой сальских ковбоев.
  Вывод… нет, он не о том, что советская власть была в отношении таковых граждан не так уж неправа. Он о том, что граждане нарушают закон только потому, что в стране такая власть, а тот, кто закон не нарушает, тот просто-напросто запуган. Особенно интересно в этом контексте авторское нытьё про судьбу несчастного Изосимова, которому так и не удалось поднять массовое восстание.
  НКВДисты не считают заключённых за людей и имеют очень ограниченный словарный запас. В отличие от заключённых, среди которых каждый второй – интеллигент или непризнанный гений. В то же время, там, где автору это надо, каждый из них готов ответить на любой вопрос, прибегая к философским обобщениям и исключительно парламентским языком. Даже если спрашивают, отчего НКВДисты – такие серые и тупые.
  Время отсидки Бойкова - с 5 августа 1937 по 11 ноября 1939. Но это не помешало ему - как раз за этот период - встретиться с осуждёнными за пособничество фашистам, а НКВДистам – отправлять провокаторов в фашистскую Германию. А теперь вопрос на знание истории: в каком году началась знаменитая война СССР с фашистами?
  Ну и далее по мелочи:
  На одном из допросов Бойкову загнали иглы под ногти.
  

  • А почему автор с ногтями, да ещё такими красивыми?
  • А это он их хлебушком жёваным залепил – и у него другие выросли.

  
  В тюрьму попадают НКВДисты, проштрафившиеся коммунисты, стукачи и охотники на беглых зеков. Ни один из них не пытается скрыть своих истинных за

  • А почему не пытаются, они что запуганные уголовными понятиями?
  • Да нет, они про такое понятия не имеют. Они просто ждут, что будут приняты на ура.

  ра.

Вернувшегося из тюрьмы Бойкова, приняв за алкаша, выдворяю
• Интересно, сейчас бы его такого в ресторан бы вообще допустили?
• Да что вы понимаете про совковый сервис?!
ый сервис?!
Впрочем, эпилог «мемуаров» объясняет всё.


Теперь, когда я подумаю, что весь земной шар может быть превращен в гигантскую коммунистическую тюрьму, что почти все населяющие его люди будут подвергаться "методам физического воздействия" и получать "тюремный аттестат зрелости" – меня охватывает ужас.
Это – самое страшное из всего, что может быть в нашем мире. И против этого надо бороться! Бороться до полной победы!
Коммунизм с его экспериментами должен бить уничтожен!

Бойкову просто не нужна неудобная ему правда. Да и действительно, зачем говорить, что в СССР строились заводы и новые дома, когда проще ныть по разрушенным церквям? Зачем говорить о советском образовании, когда проще скорбеть о лишившихся кормушки предпринимателях и дворянах? Зачем разбираться в психологии советских людей, когда проще сказать одно: и запуганы-то они, и заруганы, и ждут освободителей – немецких «бабочек» с бомбами (то, как в действительности относились советские люди к «освободителям», показали 1941-1945 годы).
Остаётся только как можно чаще повторять слово «концлагерь» (по аналогии с Иваном Солоневичем – беляком и коллаборантом) и настрогать побольше сентиментальных историй. Например, про то, как маленький мальчик бежал из зоны по тайге. Про старшего брата Тарзана и роковую лагерную любовь. Про свободолюбивых абреков. Про глупого последователя Павлика Морозова. Про мальчика, которого отымели 35 уголовниц и т.д.

Сентиментальная история несчастного эмигранта Изосимова


А затем начались скитания русского юноши с "той стороны" по необъятной родной стране. То, что говорили ему о России за границей, оказалось пустой болтовней. Никаких даже намеков на готовое вспыхнуть всеобщее вооруженное восстание здесь не было. Да, все население, за исключением коммунистов, советского актива и работников НКВД, ненавидело партийную власть, но было подавлено и сковано террором и страхом. Да, восстания вспыхивали, но не всеобщие, а местного характера в различных районах страны, не связанные одно с другим и войска НКВД жестоко подавляли их. Явок, адресами которых снабдили его в Манчжурии, в действительности не существовало. Люди в городах и деревнях давали ему еду и ночлег, но, узнав, что он "с той стороны", просили поскорее уйти.
В Сибири Валентин разыскал "таежников", загнанных в тайгу энкаведистами повстанцев. Говорил с их вожаками и спрашивал:
– Скоро ли начнется всеобщее восстание против советской власти? Ему ответили:
– Скоро только котята рождаются. Не торопись, однако, паря. И добавили:
– Слыхать, что на Украине народ, однако, бунтует.
Валентин поехал на Украину; встретился там с теми, которые сохранились от времен кровавых восстаний крестьян против колхозов. Однако слова украинцев напомнили ему то, что он уже слышал в тайге, а один из недобитых энкаведистами партизан коротко и грубо оборвал его вопросы:
– Не лезь поперед батька в пекло…
В Киеве Валентин услышал, что, будто бы, на Кавказе идет "малая война" горцев против большевиков и устремился туда. Слухи об этом хотя и подтвердились, не сильно устарели. Война абреков уже закончилась заключением мирного договора с представителями советской власти в горах. В одном из горных аулов старый абрек сказал Валентину:
– Красные дети шайтана и свиньи вчера клялись быть мирными и не трогать горцев, а сегодня плюют на этот мир. Мы еще будем воевать с ними.
– Когда? – спросил юноша. Старик развел руками.
– Это знает один Аллах. Может быть, пух на подбородке твоем станет седою бородой, прежде чем шашка правоверных выкупается в крови коммунистов…
Более двух лет скитался Валентин Изосимов по стране, стонущей под игом коммунистов, и постепенно его охватывали отчаяние и невыносимо-гнетущая тоска. Рушилась последняя надежда, которой он жил. Он хотел бороться, а ему советовали запастись терпением и ждать до седых волос. Родина, куда так стремился юноша, освобождения которой так желал, окружила его пустотой, всеобщим страхом и неопределенным ожиданием какого-то лучшего будущего. Он не выдержал этого и сдался.