Рецензия на книгу
The Goldfinch
Donna Tartt
jyuart16 августа 2016 г.Он твой. Он создан для тебя
Я как-то написал, что о чем-то хорошем можно или долго распинаться, или сказать совсем немного. Когда писал мнение о «Щегле» Донны Тартт первый раз, получилось 3 страницы, и останавливаться даже не собирался. Но потом понял, что это ни к чему. Незачем заставлять читать ее; а пытаться объяснить зачем – неуважение к автору.
Эта книга показала мне, что не обязательно искать смысл, который писатель заложил в произведении. Он будет лежат на поверхности. А вот то, что читатель увидит между строк – вот это уже лично и индивидуальное.
Для меня это роман об искусстве. Здесь за основу взять картина, но на этом месте может быть и книга, и музыкальное произведение, и что-либо еще.
Ты видишь одну картину, я – другую, в альбоме с репродукциями она изображена и вовсе по-иному, дама, которая в сувенирной лавке покупает открытку с ее изображением, видит что-то вообще свое, я уж молчу о людях, которых от нас с тобой отделяет время – за четыреста лет до нас, за четыреста лет после нас, – никогда картина не вызовет двух одинаковых реакций, а у большинства не вызовет никакой реакции вовсе, но настоящие шедевры, они текучие, они уж сумеют просочиться тебе и в сердце, и в разум с самых разных сторон, совершенно необычным, особенным способом. “Я твой, твой. Я был создан для тебя”.Да, еще он о взрослении. Но зачем об этом говорить, если об этом понятно еще по аннотации.
И еще этот роман ни на каплю не затянут. То, что может показаться нудным, «водой» или даже неприятным для чтения – лишь фрагмент, который помогает поверить в героя, поверить в историю.
Если говорить о достоинствах книги не в плане сюжета, то здесь просто невероятные диалоги. Они настолько живые, что, кажется, Донна Тартт не придумала ни один из них, просто записав разговоры живых людей.
Сложно написать о такой книге так, чтобы не преуменьшить ее качеств. Здесь есть перемены, любовь, дружба, реальность и, конечно, настоящее искусство.
И еще вы просто обязаны дочитать книгу до конца. Потому что последние 20-30 страниц – это то, ради чего, на мой взгляд, Донна Тартт и писала книгу. Это такой жизненный манифест, правдоподобный, отчасти нигилистический, горький, но требующий быть прочтенным и осмысленным.
Если картина по-настоящему запала тебе в душу, переменила то, как ты вообще смотришь на мир, как мыслишь, как чувствуешь, то ты не думаешь ведь: "О, мне нравится универсальность образов этой картины" или "Я люблю это полотно за то, что в нем отображены общечеловеческие ценности" Искусство любят совсем на за это. А за тихий шепоток из-за угла. "Пст, эй ты. Эй малый. Да-да, ты". То, что заставляет трепетать именно твое сердце.666