Рецензия на книгу

• 

  likasladkovskaya13 августа 2016 г.

  Алые паруса девичества и разбитое корыто замужества

  Жаль, что в женщинах так быстро умирает Ассоль.
  Лина Костенко
  

  Последнее время "Ассоль" стала синонимом к абстрактному существительному "наивность", при чем синонимом уточнительным, словно воплотившем, квинтэссировавшем в себе все те поведенческие особенности, что подтверждают данную характеристику.

  Быть Ассолью - означает в фрейдистском толковании( если бы дедушка Фрейд здравствовал здесь и сейчас и давал консультации scype) "быть обманутой в своих ожиданиях".

  Патриархально- пасторальная картина - алые паруса как цель жизни. Алые паруса становятся метафорой свадьбы для той части женского населения, которые не видят подтекста в финале всех сказок "жили они долго и счастливо. И умерли в один день. Но это совсем иная история". История вне рамок сказочного бытия. История, просоленная реальностью.

  И, действительно, стоит задаться вопросом, есть ли жизнь после свадьбы? И какова цель замужества, кроме красивых фото, заказанного лимузина и знакомства с родственниками из Самары?

  Вне рамок современного общества, вне рамок открытых глаз и болезненной взрослости, сказка сравнительно безобидна, если под малыми парусами понимать нечто нетривиальное, высокое, духовное, нечто не с этой планеты, чего ждёт личность, скроенная не по нашим меркам.
  И я вижу в символе алых парусов множество сценариев развития жизни. И в данном списке, если я маячит капитан, то слепо- глухо- немой, и очень дальнего плавания.

  Не удивительна мысль, что Александр Грин в качестве первоосновы взял библейскую цитату: "По вере и воздастся". Однако в сказках( а это сказка- феерия, сказка- миф), те, кто верил сложа руки, обычно встречались не с теми, кого следовало ожидать. Следовать, скорее надобно народной мудрости о пруде, рыбе и труде. Иначе, ждёт не сказочная жизнь под несуществующего цвета парусами, а разбитое корыто.

  Собственно, сам цвет парусов словно намекает, что это скорее обман воспаленного воображения, нежели претворившаяся действительность.

  Тем более, что алый, красный - цвет разрушения, крови, боли. Слишком много оговорок и неподходящих символов на один сантиметр текста. За них маячат борщ, многочисленные роды, стертые кровь руки. И не то, что бы здесь кроется нечто предосудительное. Особенно, если учитывать время написания и целевую аудиторию. Просто хочется видеть предупреждающие знаки.
  И можно ждать, пытаться, плыть навстречу, если имеешь запасной вариант, чтобы сесть в шлюпку, если вдруг паруса в действительности оказались измазанными кровью или были убраны в шкаф, как убирают до золотой даты свадебный сервиз, заменяя его потрескавшимися чашками брачных будней.
  Сам же Грей( то ли авторский стеб, то ли попытка сыграть на контрасте) - т.е. "серый", вряд ли способен произвести на свет нечто алое, создать оксюморон парусов. Грубый, брутальный парень, чья жажда моря соответствовала его буйному нраву и отметине непонятости, что зачастую порождает комплексы, в действительном мире стал бы завсегдатаем портовых публичных домов. Образ же воплотителя желаний (бесплодных и бесцельных) не сочетается не только с правдивой картиной бытия, но и законами поэтического жанра (паруса не заказывают, а зарабатывают).
  Если попытаться произвести психоанализ сказки и определить отца героини, ее завистников и Грея как стороеы души Ассоль, то Грей - обманный путь саморазрушения. Так как отец - темная сторона личности, которая не спомобна мотивировать к свету и витальности, кидает Ассоль в сторону самопознания и роста, не столько духовного, сколько жизненного. Эта часть души требует от нее цепкости, свободолюбия, самостоятельности. Такая душа просто не может( это противоречит психологическим законам) хвататься за обманную щепку, брошенную растерянным бессознательным. Таким образом, Грей становится сном души, колодцем похороненных ожиданий.

  Литературоведам стоит отнести произведение к жанру "роман-предостережение", тогда оно бы исполняло дидактическую функцию в полной мере.

  18

  340