Рецензия на книгу

• 

  ne_spi_zamerznesh4 августа 2016 г.

  Эти два одинаковых платьица были самым страшным из всего, что я до сих пор пережил.

  Вот чем Лем хорош - он не довольствуется границами научной фантастики, он пользуется ею больше как фундаментом, трафаретом, вываривает её до костей, а потом выстраивает из них динозавра - не динозавра, птицу - не птицу, не мышонка и не лягушку, но симметриаду, уходящую под облака, формы знакомые, но неосмысленные, ущербного бога, младенца, частицы, что меньше атомов.
  Словоблудием было бы поднимать тему "ах, мы не готовы для контакта с внеземным разумом", потому что в общем-то мы не готовы для контакта с самими собой, мы искали зеркало и нашли его, а то, что в нем отражается юная девушка с сильнейшей склонностью к суициду - кто же в этом виноват?
  В самой меньшей степени меня волнует история Кельвина и Хари, да и скучновата она, все тот же сюжет рыцаря и прекрасной девы в беде, неясный, да и не интересующий самого господина Лема, судя по тому, как мало сил и времени он уделяет его раскрытию - гораздо подробней и слаще написано прибытие Кельвина на станцию. Вот где мурашки пробегают по коже, вот от чего не оторвать глаз. Человек остался один. По-прежнему ли он человек?
  Станция и Океан, вот два его главных противника, собеседника и друга. Ужасающая пустота коридоров, которые покинули даже роботы, потому что искусственное мельтешение могло бы спасти, но спасать нельзя, это как обряд инициации, где мальчика закрывают в темной звуконепроницаемой пещере, чтоб он встретился со своими страхами - где сошел бы с ума или вышел бы другим человеком.
  Инициацию эту проходят двое, и Кельвин, и Солярис, это роднит их, ставит на одну доску. Вот контакт и вот то общее, что имеют эти два совершенно чуждых друг другу существа. А значит найден угол преткновения. Время страшных чудес не прошло.
  С тем же успехом это мог быть роман о человеке, сидящем в одиночке где-нибудь в пустыне, где весь персонал тюрьмы умер от лихорадки, а сам он то ли бредит, то ли действительно видит людей, созданных темной стороной его сознания. Потому что даже Снаут химеричен и является его, Кельвина, отражением. Потому что все они могут быть только его собственной ассоциацией, иллюзией выбора поведения в столкновении с Океаном, ведь мы ничего не знаем о них, совсем ничего.

  5

  46